«‘Знание, схватывающее звук и прочие предметы — познающими чувствами, ухом и прочими, соединёнными с их богами и их хватками, — есть состояние бодрствования. Там душа, пришедшая в межбровье и распространившаяся от стоп до головы, бывает совершительницей всех дел — пахоты, слушания и прочих — и вкусительницей их плодов. И, уйдя в иной мир, она же вкушает плод, нажитый делом. Она же, утомившись обиходом, как вседержавный царь, останавливается у пути, чтобы войти во внутренние покои’».