तत्र आद्या, यथा
लेखाम् आहर नीपकुञ्जकुहरात् त्वं चन्द्रकाणां मया
न्यस्तानाम् इति मद्गिरा सरभसं स्मेरा स्वयं प्रस्थिता ।
ताम् उन्मुच्य मदीरितां शशिकले किं चन्द्रलेखाशतं
चेलेनावृतम् अन्यद् एव दधती लब्धासि नम्रा गृहम्
tatra ādyā, yathā-
lekhām āhara nīpa-kuñja-kuharāt tvaṃ candrakāṇāṃ mayā
nyastānām iti mad-girā sarabhasaṃ smerā svayaṃ prasthitā |
tām unmucya mad-īritāṃ śaśikale kiṃ candralekhā-śataṃ
celenāvṛtam anyad eva dadhatī labdhāsi namrā gṛham
«Принеси связку павлиньих глазков, что я положила в дупло кадамбовой рощи» — на эти мои слова ты, улыбаясь, стремительно отправилась сама. Отчего же, оставив то, что я назвала, ты, Шашикала, оказалась дома склонённая — неся совсем иное: сотню лунных серпов, прикрытых одеждой?
192423fd5a35 · 发布于 2026年9月18日 20:31:58 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Пример на ту, кто ещё чуть-чуть желает быть героиней. Посольство обернулось свиданием, и улики опять при ней.
Загадка спрятана в словах: candraka — павлиний глазок, candra-lekhā — лунный серп, а на деле след ногтя. Одно слово превращается в другое, и в этом весь стих.
Она возвращается namrā, склонённая. Пошла улыбаясь, вернулась потупившись, — и больше ничего говорить не нужно.