उपनिषद् · Śarabha 29
॥
देवनागरी
मायावशादेव देवा मोहिता ममतादिभिः । तस्य माहात्म्यलेशांशं वक्तुं केनाप्य शक्यते
लिप्यंतरण (IAST)
māyāvaśādeva devā mohitā mamatādibhiḥ | tasya māhātmyaleśāṃśaṃ vaktuṃ kenāpya śakyate
शब्दशः अर्थ
संस्कृतIASTअर्थ
माया-वशात् एव देवाःmāyā-vaśāt eva devāḥлишь во власти майи боги
मोहिताः ममता-आदिभिःmohitāḥ mamatā-ādibhiḥобмануты чувством «моё» и прочим
तस्य माहात्म्य-लेश-अंशम्tasya māhātmya-leśa-aṃśamи малую долю Его величия
वक्तुं केन अपि शक्यतेvaktuṃ kena api śakyateвысказать никому не под силу
अनुवाद
«Лишь во власти майи боги обмануты чувством ‘моё’ и прочим; и малую долю Его величия никому не под силу высказать».
संस्करण
9fd2d2a20f78 · प्रकाशित 2 अग॰ 2026, 1:29:42 pm UTC
उपलब्ध भाषाएँRUश्लोक बदलें इन कुंजियों से
Книга выносит приговор — и, сама того не заметив, выносит его **себе**.
***Мамата***, «**моё-сть**», — вот слово, которым названа болезнь богов.
Вдумайтесь, откуда берётся спор, начатый в первой строке этой упанишады.
Из «моё»: **мой** бог, **моя** сторона, **мой** выше.
Перепалка о старшинстве — это ***мамата*** в чистом виде, перенесённая с имущества на святыню.
Человек, который дерётся за своего Бога, часто дерётся не за Бога, а за **своё**.
Отметим, что стих не щадит никого: обмануты именно ***девах***, **боги**, — не люди, не демоны.
Высокое положение не спасает от «моего»; скорее наоборот.
Вторая половина стиха ещё сильнее.
«**Малую долю** Его величия высказать **никому** не под силу».
Вдумайтесь, что это значит для книги, которая только что двадцать строк подряд объясняла, кто из троих выше.
Если даже доли не высказать, то откуда взялась уверенность в порядке имён?
Стих сам ставит предел собственной полемике.
Замечу, отчего мы приводим это без торжества.
Потому что то же самое относится и к нам.
Мы держимся своего чтения твёрдо, приводим доводы и не отступаем — но мы знаем, что и наши слова не покрывают **доли** Его величия.
Разница между убеждением и ***маматой*** проходит здесь: убеждённый готов показать основания, а держащийся за «моё» — только повысить голос.