व्यसिचर्मेषुपूर्णाङ्गः सो ऽन्तरिक्षात् पुनः क्षितिम् ॥
आस्थितश् चक्रम् उद्यम्य द्रोणं क्रुद्धो ऽभ्यधावत ॥
स चक्ररेणूज्ज्वलशोभिताङ्गो; बभाव् अतीवोन्नतचक्रपाणिः ॥
रणे ऽभिमन्युः क्षणदासुभद्रः; स वासुभद्रानुकृतिं प्रकुर्वन् ॥
स्रुतरुधिरकृतैकरागवक्त्रो; भ्रुकुटिपुटाकुटिलो ऽतिसिंहनादः ॥
प्रभुर् अमितबलो रणे ऽभिमन्युर्; नृपवरमध्यगतो भृशं व्यराजत् ॥
vyasicarmeṣupūrṇāṅgaḥ so 'ntarikṣāt punaḥ kṣitim ||
āsthitaś cakram udyamya droṇaṃ kruddho 'bhyadhāvata ||
sa cakrareṇūjjvalaśobhitāṅgo; babhāv atīvonnatacakrapāṇiḥ ||
raṇe 'bhimanyuḥ kṣaṇadāsubhadraḥ; sa vāsubhadrānukṛtiṃ prakurvan ||
srutarudhirakṛtaikarāgavaktro; bhrukuṭipuṭākuṭilo 'tisiṃhanādaḥ ||
prabhur amitabalo raṇe 'bhimanyur; nṛpavaramadhyagato bhṛśaṃ vyarājat ||
Без меча и щита, с телом, полным стрел, он вновь с неба, ступив на землю, вознеся колесо, в гневе устремился на Дрону. С телом, сияющим пылью колеса, он сиял сверх меры, с высоко поднятым колесом в руке — в битве Абхиманью, лунно-светлый сын Субхадры, являя подобие Васудевы [Кришны]. С лицом, залитым кровью, с грозно сведёнными бровями, с громким львиным рыком, могучий, безмерно сильный, в битве Абхиманью, оказавшийся посреди лучших царей, чрезвычайно сиял.
a49adb0b1fc6 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:30:04 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Обезоруженный до конца, отрок подымает колесо колесницы и устремляется на Дрону — «являя подобие Васудевы», Кришны, что подъемлет Свой диск-чакру. В этот высший миг дитя уподобляется Самому Господу: лишённый всего, он сияет ярче всех вооружённых, ибо в нём проступает образ Божественного. Знаменательно, что предание венчает повесть о его обезоруживании этим богоподобием — поправшие дхарму отняли у него оружие, но не смогли отнять сияния духа. Стих учит, что когда у праведного отнято всё внешнее, в нём тем яснее проступает внутреннее, божественное; что верный дхарме до последнего, лишённый меча и щита, уподобляется Господу с Его диском; и что Абхиманью, с залитым кровью лицом и поднятым колесом, посреди врагов сияющий «подобием Кришны», являет высшую победу — победу духа, которую никакое беззаконие не властно омрачить, ибо обезоружить можно тело, но не сияние верной дхарме души.