Санджая
संजय उवाच
तथा तस्मिन् प्रवृत्ते तु संग्रामे लोमहर्षणे ॥
कौरवेयांस् त्रिधाभूतान् पाण्डवाः समुपाद्रवन् ॥
जलसंधं महाबाहुर् भीमसेनो न्यवारयत् ॥
युधिष्ठिरः सहानीकः कृतवर्माणम् आहवे ॥
किरन्तं शरवर्षाणि रोचमान इवांशुमान् ॥
धृष्टद्युम्नो महाराज द्रोणम् अभ्यद्रवद् रणे ॥
saṃjaya uvāca
tathā tasmin pravṛtte tu saṃgrāme lomaharṣaṇe ||
kauraveyāṃs tridhābhūtān pāṇḍavāḥ samupādravan ||
jalasaṃdhaṃ mahābāhur bhīmaseno nyavārayat ||
yudhiṣṭhiraḥ sahānīkaḥ kṛtavarmāṇam āhave ||
kirantaṃ śaravarṣāṇi rocamāna ivāṃśumān ||
dhṛṣṭadyumno mahārāja droṇam abhyadravad raṇe ||
[Когда] так завязалась битва, дыбящая волос, Пандавы устремились [на] кауравов, расколотых натрое. Джаласандху мощнорукий Бхимасена сдержал, Юдхиштхира с войском — Критавармана в битве. Рассыпающий ливни стрел, сияющий, как лучистое [солнце], Дхриштадьюмна, о великий царь, устремился на Дрону в битве.
e2056674c4c9 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:52:56 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Дхриштадьюмна, «rocamānaḥ iva aṃśumān», сияющий как солнце, идёт на Дрону — рождённый для его гибели идёт к своему предназначению. Знаменательно, что каждый Пандава берёт своего противника, а вождь Пандавов — самого Дрону. Стих учит, что в развязке каждый устремляется к назначенному ему: рок ведёт предопределённого к его делу; и Дхриштадьюмна, сияющий навстречу учителю-врагу, движется не своеволием, а исполнением того, ради чего рождён.