Санджая
संजय उवाच
एवम् उक्त्वार्जुनो बाणान् अभिमन्त्र्य व्यकर्षयत् ॥
विकृष्यमाणांस् तेनैवं धनुर्मध्यगताञ् शरान् ॥
तान् अस्यास्त्रेण चिच्छेद द्रौणिः सर्वास्त्रघातिना ॥
तान् निकृत्तान् इषून् दृष्ट्वा दूरतो ब्रह्मवादिना ॥
न्यवेदयत् केशवाय विस्मितः श्वेतवाहनः ॥
नैतद् अस्त्रं मया शक्यं द्विः प्रयोक्तुं जनार्दन ॥
अस्त्रं माम् एव हन्याद् धि पश्य त्व् अद्य बलं मम ॥
saṃjaya uvāca
evam uktvārjuno bāṇān abhimantrya vyakarṣayat ||
vikṛṣyamāṇāṃs tenaivaṃ dhanurmadhyagatāñ śarān ||
tān asyāstreṇa ciccheda drauṇiḥ sarvāstraghātinā ||
tān nikṛttān iṣūn dṛṣṭvā dūrato brahmavādinā ||
nyavedayat keśavāya vismitaḥ śvetavāhanaḥ ||
naitad astraṃ mayā śakyaṃ dviḥ prayoktuṃ janārdana ||
astraṃ mām eva hanyād dhi paśya tv adya balaṃ mama ||
Так сказав, Арджуна, заговорив стрелы [мантрой], натянул [лук]; но те стрелы, что он так натягивал, наведённые на середину лука, знаток Брахмана [Дрона] срезал издали. Увидев те срезанные стрелы, изумлённый Белоконный сообщил Кешаве: «Это оружие, Джанардана, я не могу применить дважды — оно поразит меня же; узри ныне силу мою [иную].»
3d741c3077b4 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:52:56 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Даже освящённое мантрой оружие срезает издали «brahmavādī» Дрона — мощь сталкивается с мощью, и Арджуна не упорствует слепо: «na… dviḥ prayoktum», ибо неверно применённое оружие «mām eva hanyāt», обращается на самого пустившего. Знаменательно смирение лучшего из лучников, что знает предел своих средств и ищет иной путь. Стих учит, что и величайшая сила требует рассудительности, и мудрый отступает от опасного приёма, обращаясь к доблести самой руки.