Санджая
शिखण्डी तु ततः क्रुद्धश् छिन्ने धनुषि सत्वरम् ॥
असिं जग्राह समरे शतचन्द्रं च भास्वरम् ॥
भ्रामयित्वा महाचर्म चामीकरविभूषितम् ॥
तम् असिं प्रेषयाम् आस कृतवर्मरथं प्रति ॥
स तस्य सशरं चापं छित्त्वा संख्ये महान् असिः ॥
अभ्यगाद् धरणीं राजंश् च्युतं ज्योतिर् इवाम्बरात् ॥
śikhaṇḍī tu tataḥ kruddhaś chinne dhanuṣi satvaram ||
asiṃ jagrāha samare śatacandraṃ ca bhāsvaram ||
bhrāmayitvā mahācarma cāmīkaravibhūṣitam ||
tam asiṃ preṣayām āsa kṛtavarmarathaṃ prati ||
sa tasya saśaraṃ cāpaṃ chittvā saṃkhye mahān asiḥ ||
abhyagād dharaṇīṃ rājaṃś cyutaṃ jyotir ivāmbarāt ||
А Шикхандин тогда, разгневанный, [при] рассечённом луке, быстро схватил в битве меч и сияющий [щит] стократноузорный. Раскрутив большой щит, золотом украшенный, тот меч метнул [в] колесницу Критавармана. Тот великий меч, рассёкши в битве его лук со стрелою, вошёл [в] землю, о царь, словно светило, [с] неба упавшее.
b72c876e670c · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:02:23 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Лишённый лука, Шикхандин не отступает, но бьётся мечом и щитом: находчивость не складывает оружия. Меч, рассёкши вражий лук, падает «cyutaṃ jyotir iva ambarāt», как упавшая звезда. Знаменательно, что доблестный находит средство и в потере привычного оружия. Стих учит, что подлинная отвага не зависит от одного орудия: у кого тверда воля, тот сражается тем, что под рукою, и не прекращает дела оттого лишь, что сломан его лук.