पार्थिवैर् बहुभिः कीर्णम् उपस्थानं दिदृक्षुभिः ॥
सर्वरत्नान्य् उपादाय पार्थिवा वै जनेश्वर ॥
यज्ञे तस्य महाराज पाण्डुपुत्रस्य धीमतः ॥
वैश्या इव महीपाला द्विजातिपरिवेषकाः ॥
न सा श्रीर् देवराजस्य यमस्य वरुणस्य वा ॥
गुह्यकाधिपतेर् वापि या श्री राजन् युधिष्ठिरे ॥
तां दृष्ट्वा पाण्डुपुत्रस्य श्रियं परमिकाम् अहम् ॥
शान्तिं न परिगच्छामि दह्यमानेन चेतसा ॥
pārthivair bahubhiḥ kīrṇam upasthānaṃ didṛkṣubhiḥ ||
sarvaratnāny upādāya pārthivā vai janeśvara ||
yajñe tasya mahārāja pāṇḍuputrasya dhīmataḥ ||
vaiśyā iva mahīpālā dvijātipariveṣakāḥ ||
na sā śrīr devarājasya yamasya varuṇasya vā ||
guhyakādhipater vāpi yā śrī rājan yudhiṣṭhire ||
tāṃ dṛṣṭvā pāṇḍuputrasya śriyaṃ paramikām aham ||
śāntiṃ na parigacchāmi dahyamānena cetasā ||
«Место приёма было полно множеством царей, пришедших видеть; и цари, взяв все [свои] драгоценности, на жертве того премудрого сына Панду, о великий царь, были как вайшьи, прислуживающие дваждырождённым. Нет такой фортуны ни у царя богов [Индры], ни у Ямы, ни у Варуны, ни у владыки гухьяков [Куберы], какая фортуна, о царь, у Юдхиштхиры. Увидев ту высшую фортуну сына Панду, я не достигаю покоя, с сжигаемым сердцем».
512e2fb18a41 · опубликовано 16 июл. 2026 г., 15:49:22 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Дурьодхана возносит фортуну Юдхиштхиры выше Индры, Ямы, Варуны, Куберы — и сам же сгорает от этого признания. Знаменательно, что зависть способна верно оценить величие чужого, но не способна возрадоваться ему: она видит ясно и страдает остро. Стих учит, что мука завистника пропорциональна признанной им же высоте соперника — чем правдивее его хвала, тем глубже его рана. И самое возвеличение Пандавов до уровня хранителей мира должно бы повергнуть в благоговение; но «сжигаемое сердце» претворяет восхищение в пытку. Признать величие праведного и не смириться пред ним — вот ад, который завистник носит в груди.