Сатьяки
एवं गते नरश्रेष्ठ पाण्डवे सत्यवादिनि ॥
अस्माकं गमनं व्यक्तं वनं प्रति भवेत् पुनः ॥
सो ऽयं मम जयो व्यक्तं व्यर्थ एव भविष्यति ॥
यदि द्रोणो रणे क्रुद्धो निगृह्णीयाद् युधिष्ठिरम् ॥
स त्वम् अद्य महाबाहो प्रियार्थं मम माधव ॥
जयार्थं च यशोर्थं च रक्ष राजानम् आहवे ॥
evaṃ gate naraśreṣṭha pāṇḍave satyavādini ||
asmākaṃ gamanaṃ vyaktaṃ vanaṃ prati bhavet punaḥ ||
so 'yaṃ mama jayo vyaktaṃ vyartha eva bhaviṣyati ||
yadi droṇo raṇe kruddho nigṛhṇīyād yudhiṣṭhiram ||
sa tvam adya mahābāho priyārthaṃ mama mādhava ||
jayārthaṃ ca yaśorthaṃ ca rakṣa rājānam āhave ||
«„[При] таком обороте, о лучший [из] мужей, [при] правдоречивом Пандаве, наш уход в лес снова стал бы явен. Та моя победа, ясно, окажется напрасной, если Дрона, разгневанный в битве, схватит Юдхиштхиру. Потому ты ныне, о мощнорукий, ради приязни ко мне, о Мадхава, и ради победы, и ради славы, храни царя в битве“.»
f55992852a87 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:02:23 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Арджуна напоминает: правдивый Юдхиштхира, будучи пленён, по слову своему вновь уйдёт в изгнание — «asmākaṃ gamanaṃ… vanaṃ prati». Так верность царя истине делает его пленение особенно гибельным. Знаменательно, что само благородство Юдхиштхиры — его уязвимость. Стих учит, что праведность не безоружна перед коварством: правдивого легче уловить, ибо он связан собственным словом; и потому хранить такого — двойной долг, ведь его честность сама по себе подвергает его опасности.