बृहस्पतिर्वै शुक्रो भूत्वेन्द्रस्याभयायासुरेभ्यः क्षयायेमामविद्यामसृजत् तया शिवमशिवमित्युद्दिशन्त्यशिवं शिवमिति वेदादिशास्त्रहिंसकधर्माभिध्यानमस्त्विति वदन्ति अतो नैनामभिधीयेतान्यथैषा बन्ध्येवैषा रतिमात्रं फलमस्या वृत्तच्युतस्येव नारम्भणीयेत्येवं ह्याह : दूरमेते विपरीते विषूची अविद्या या च विद्येति ज्ञाता । विद्याभीप्सितुं नचिकेतसं मन्ये न त्वा कामा बहवो लोलुपन्ते ॥ विद्यां चाविद्यां च यस्तद्वेदोभयं सह । अविद्यया मृत्युं तीर्त्वा विद्यया अमृतमश्नुते ॥ अविद्यायामन्तरे वेष्ट्यमानाः स्वयं धीराः पण्डितं मन्यमानाः । दन्द्रम्यमानाः परियन्ति मूढा अन्धेनैव नीयमाना यथान्धाः
bṛhaspatirvai śukro bhūtvendrasyābhayāyāsurebhyaḥ kṣayāyemāmavidyāmasṛjat tayā śivamaśivamityuddiśantyaśivaṃ śivamiti vedādiśāstrahiṃsakadharmābhidhyānamastviti vadanti ato naināmabhidhīyetānyathaiṣā bandhyevaiṣā ratimātraṃ phalamasyā vṛttacyutasyeva nārambhaṇīyetyevaṃ hyāha : dūramete viparīte viṣūcī avidyā yā ca vidyeti jñātā | vidyābhīpsituṃ naciketasaṃ manye na tvā kāmā bahavo lolupante || vidyāṃ cāvidyāṃ ca yastadvedobhayaṃ saha | avidyayā mṛtyuṃ tīrtvā vidyayā amṛtamaśnute || avidyāyāmantare veṣṭyamānāḥ svayaṃ dhīrāḥ paṇḍitaṃ manyamānāḥ | dandramyamānāḥ pariyanti mūḍhā andhenaiva nīyamānā yathāndhāḥ
Брихаспати, сделавшись Шукрой, ради безопасности Индры и ради гибели асуров создал это неведение. Им благое объявляют неблагим, а неблагое — благим; говорят: «Да будет созерцание закона, губящего Веды и прочие писания». Потому да не помышляет он о нём: иначе оно бесплодно; плод его — одна лишь утеха, и, как у падшего, не за что взяться. Ибо сказано: «Далеко эти двое, противоположны, врозь: неведение и то, что зовут знанием. Знания жаждущим считаю я Начикетаса: не совратили тебя многие желания». — «Кто знает оба вместе, и знание, и неведение, тот, одолев смерть неведением, знанием вкушает бессмертие». — «В неведении пребывая, сами себя считая мудрыми и учёными, шатаясь, кружат глупцы, как слепые, ведомые слепым».
f73d4f58291b · publicado 1 ago 2026, 23:48:02 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Здесь дано **объяснение происхождения ложных учений**, и оно неожиданно откровенное.
Брихаспати, наставник богов, принял облик **Шукры**, наставника асуров, и нарочно сложил для них ложное знание — «ради безопасности Индры и ради гибели асуров». То есть учение, сбивающее с толку, объявлено **военной хитростью**: оно и создавалось, чтобы губить того, кто ему поверит.
Признак его назван просто и остаётся годным: **«благое объявляют неблагим, а неблагое — благим»**. Не «говорят неправду о фактах», а переставляют местами добро и зло.
А приговор ему дан не гневный, а холодный: **бандхья**, «бесплодное»; **рати-матрам пхалам**, «плод его — одна утеха». Оно не столько вредит, сколько развлекает и ничего не приносит.
Дальше идут три стиха, и все три взяты. Первые два — из Катхи: Начикетас похвален не за ум, а за то, что **«не совратили тебя многие желания»**. Третий — из Мундаки: **«как слепые, ведомые слепым»**, и в нём главное не слепота, а предыдущая строка — «сами себя считая мудрыми и учёными».
Средний стих стои́т особняком и спорит с простым делением: **знание и неведение надо знать оба**. Смерть одолевают неведением, бессмертие вкушают знанием. Незнание не выброшено — ему отведено дело.