Санджая
तम् आपतन्तं विशिखैः षड्भिर् आहत्य सात्यकिः ॥
चतुर्भिश् चतुरो ऽस्याश्वान् आजघानाशु वीर्यवान् ॥
ततः पुनः षोडशभिर् नतपर्वभिर् आशुगैः ॥
सात्यकिः कृतवर्माणं प्रत्यविध्यत् स्तनान्तरे ॥
स तुद्यमानो विशिखैर् बहुभिस् तिग्मतेजनैः ॥
सात्वतेन महाराज कृतवर्मा न चक्षमे ॥
tam āpatantaṃ viśikhaiḥ ṣaḍbhir āhatya sātyakiḥ ||
caturbhiś caturo 'syāśvān ājaghānāśu vīryavān ||
tataḥ punaḥ ṣoḍaśabhir nataparvabhir āśugaiḥ ||
sātyakiḥ kṛtavarmāṇaṃ pratyavidhyat stanāntare ||
sa tudyamāno viśikhair bahubhis tigmatejanaiḥ ||
sātvatena mahārāja kṛtavarmā na cakṣame ||
Его, налетающего, доблестный Сатьяки, поразив шестью стрелами, четырьмя быстро поразил четырёх его коней. Затем снова шестнадцатью гладкосуставчатыми, быстрыми [стрелами] Сатьяки пронзил Критавармана [в] грудь. Он, терзаемый многими остро отточенными стрелами Сатваты, о великий царь, Критаварман не стерпел.
a7dae8f14790 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:02:23 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Критаварман «na cakṣame», не стерпел ударов — задетая гордость воина рвётся ответить. Знаменательно, что и здесь нетерпение боли движет к ответу, как у многих в этой брани. Стих учит, что нестерпимость обиды есть пружина вражды: удар будит удар, и пока бойцами движет нежелание снести нанесённое, круг отмщения не замыкается — каждый отвечает, не в силах перетерпеть.