LinuxЛистать
Упанишады · Hayagrīva 1.2
॥
Деванагари
ऋग्यजुःसामरूपाय वेदाहरणकर्मणे । प्रणवोद्गीथवपुषे महाश्वशिरसे नमः स्वाहा स्वाहा नमः
Транслитерация (IAST)
ṛgyajuḥsāmarūpāya vedāharaṇakarmaṇe | praṇavodgīthavapuṣe mahāśvaśirase namaḥ svāhā svāhā namaḥ
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
ऋक्-यजुः-साम-रूपायṛk-yajuḥ-sāma-rūpāyaимеющему облик трёх вед
वेद-आहरण-कर्मणेveda-āharaṇa-karmaṇeчьё дело — возвращение вед
प्रणव-उद्गीथ-वपुषेpraṇava-udgītha-vapuṣeчьё тело — пранава и удгитха
महा-अश्व-शिरसे नमःmahā-aśva-śirase namaḥвеликой конской голове поклон
स्वाहा स्वाहा नमःsvāhā svāhā namaḥсваха, сваха, поклон
Литературный перевод
«Имеющему облик Ричей, Яджусов и Саманов, чьё дело — возвращение вед, чьё тело — пранава и удгитха, великой конской голове поклон: сваха, сваха, поклон».
Версия
4700376b4abb · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Стоит отметить средний оборот: веда-ахарана-кармане, «чьё дело — возвращение вед». Ахарана значит «принесение назад, доставание»; и это прямая отсылка к повести о Мадху и Кайтабхе, о которой говорилось при чтении первой прозы. Подробность эта, по-моему, стоит внимания: Хаягрива определён не по свойству, а по поступку.
Прочие боги определяются свойствами — всеведущий, всемогущий; а этот — тем, что Он сделал. Вайшнавская сторона на такие определения указывает как на своё отличие: её высшее описывается повестью, и о том, что учение излагается рассказом, а не определением, говорилось при чтении Кришна-упанишады (1.2). Прибавим и то, что стоит сказать о самом поступке, ибо он имеет смысл сверх повести.
Веды были похищены и укрыты в водах; и Господь принял облик затем, чтобы их достать. То есть знание описано как нечто, что терялось и было возвращено; и это, по-моему, вернее обычного представления, будто откровение дано раз навсегда. Оно теряется — в каждом веке и в каждом человеке; и восстанавливается не усилием помнящих, а тем, что за ним приходят.
Прибавим и слово маха-ашва-ширас, «великая конская голова»: облик назван прямо и без смягчения. Странность его нарочита: тот, кто вернул слово, не имеет человеческого лица — и в этом, по-видимому, указание, что источник речи сам не есть человек.