Санджая
ताव् अदीर्घेण कालेन ब्रह्मलोकपुरस्कृतौ ॥
जिगीषन्तौ परं स्थानम् अन्योन्यम् अभिजघ्नतुः ॥
सात्यकिः सौमदत्तिश् च शरवृष्ट्या परस्परम् ॥
हृष्टवद् धार्तराष्ट्राणां पश्यताम् अभ्यवर्षताम् ॥
संप्रैक्षन्त जनास् तत्र युध्यमानौ युधां पती ॥
यूथपौ वाशिताहेतोः प्रयुद्धाव् इव कुञ्जरौ ॥
tāv adīrgheṇa kālena brahmalokapuraskṛtau ||
jigīṣantau paraṃ sthānam anyonyam abhijaghnatuḥ ||
sātyakiḥ saumadattiś ca śaravṛṣṭyā parasparam ||
hṛṣṭavad dhārtarāṣṭrāṇāṃ paśyatām abhyavarṣatām ||
saṃpraikṣanta janās tatra yudhyamānau yudhāṃ patī ||
yūthapau vāśitāhetoḥ prayuddhāv iva kuñjarau ||
Те [двое], [в] недолгий срок, [c] миром Брахмы пред собою, стремясь стяжать высшую обитель, разили друг друга. Сатьяки и Саумадатти ливнем стрел друг друга осыпали, радостно, [при] взирающих Дхартараштрах. Там взирали люди [на] сражающихся владык воинства, словно [на] двух вожаков-слонов, бьющихся ради слонихи.
0f2cb366f467 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:25:13 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Оба бьются «с миром Брахмы пред собою», стремясь к высшей обители: воин видит в честной смерти на поле не конец, а врата к высшему. Знаменательно, что сражаются «радостно» — не злоба, а доблесть движет ими в этот миг. Стих учит, что для бойца, чтящего долг, гибель в честном бою есть не утрата, а восхождение; и схватка, ведомая ради высшей обители, а не из ненависти, облагораживает даже смертельное противоборство.