Upanishads · Paiṅgala 2.13
॥
Devanāgarī
अव्यक्तलेशाज्ञानाच्छादितपारमार्थिकजीवस्य तत्त्वमस्यादिवाक्यानि ब्रह्मणैकतां जगुः नेतरयोर्व्यावहारिकप्रातिभासिकयोः
Transliteration (IAST)
avyaktaleśājñānācchāditapāramārthikajīvasya tattvamasyādivākyāni brahmaṇaikatāṃ jaguḥ netarayorvyāvahārikaprātibhāsikayoḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
अव्यक्त-लेश-अज्ञान-आच्छादित-avyakta-leśa-ajñāna-ācchādita-покрытой долею непроявленного, неведением
पारमार्थिक-जीवस्यpāramārthika-jīvasyaконечной души
तत् त्वम् असि आदि-वाक्यानिtat tvam asi ādi-vākyāniречения «то ты еси» и прочие
ब्रह्मणा एकतां जगुःbrahmaṇā ekatāṃ jaguḥединство с Брахманом возгласили
न इतरयोः व्यावहारिक-प्रातिभासिकयोःna itarayoḥ vyāvahārika-prātibhāsikayoḥне двух иных — обиходной и кажущейся
Translation
«‘Речения ‘то ты еси’ и прочие возгласили единство с Брахманом [той] конечной души, что покрыта долею непроявленного, неведением, — а не двух иных, обиходной и кажущейся’».
Version
d415aa5b5f29 · published Aug 2, 2026, 6:58:36 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Вот строка, которую стои́т заметить и запомнить, потому что она сама ставит границу.
Отметим, что сказано: великие речения приложимы не ко всякому «ты».
На итарайор вьявахарика-пратибхасикайох — «не к двум иным, обиходной и кажущейся».
Вдумайтесь, что этим сделано.
Книга сама говорит: тот «ты», которым ты себя знаешь, — обиходный, тот, что ходит и торгует, — не тот «ты», о котором речение.
Замечу, до чего это существенно для всего спора.
Вдумайтесь: расхожее чтение «то ты еси» гласит — ты и есть Бог, ты, вот этот.
А книга, которая это речение проповедует, тут же отсекает: не ты, вот этот.
Отметим, что́ остаётся: парамартхика-джива, «конечная душа» — та, что в глубоком сне, покрытая неведением.
Вдумайтесь, что и это чтение мы не принимаем; и мы говорили отчего (2.12).
Замечу, однако, что нам эта строка дорога другим.
Вдумайтесь: она показывает, что даже строгое изложение этого учения не позволяет человеку сказать «я — Бог» о себе таком, каков он есть.
Отметим, что с этим согласны и мы, и они; а расходимся мы лишь в том, что́ обнаружится, когда покровы сняты.
Вдумайтесь: они говорят — обнаружится Он один; мы говорим — обнаружится Он и я, и я узнаю, чей я.