По окончании той саттры, вернувшись в Хастинапур, [Джанамеджая] приложил великое старание, ища подобающего домашнего жреца (пурохиту), [думая]: «[Найду того], кто усмирил бы [последствия] моего дурного деяния». Однажды Джанамеджая, сын Парикшита, выехав на охоту, увидел в некоем краю своих владений обитель. Там жил некий мудрец по имени Шруташрава, и был у него любимый сын по имени Сомашрава. Придя к тому сыну, Джанамеджая избрал его в пурохиты. Поклонившись мудрецу, он сказал: «Господин, пусть этот твой сын станет моим жрецом». Тот на это ответил: «О Джанамеджая, этот мой сын рождён у меня от змеи; он великий подвижник, искушённый в изучении Вед, взращённый силой моего подвижничества, [рождённый оттого, что змея] выпила моё семя, и возрос в её чреве. Он способен усмирить все твои дурные деяния, кроме [направленных против] Махадевы (Шивы). Но есть у него один тайный обет: если какой-либо брахман попросит у него что-нибудь, он отдаст ему это. Если ты на это согласен — то уводи его». [Джанамеджая] ответил ему: «Господин, так и будет». И, взяв того жреца, он возвратился и сказал братьям: «Мной избран сей наставник; что он скажет — то исполняйте без раздумий». Так сказанные им, братья поступили согласно [его слову]. А он, наказав так братьям, выступил на Такшашилу и подчинил ту страну своей власти.