तस्मात् संपश्यतस् तस्य द्रावयिष्यामि वाहिनीम् ॥
विद्राव्य सत्यं हन्तास्मि पापं पाञ्चाल्यम् एव तु ॥
सर्वान् एतान् हनिष्यामि यदि योत्स्यन्ति मां रणे ॥
सत्यं ते प्रतिजानामि परावर्तय वाहिनीम् ॥
तच् छ्रुत्वा तव पुत्रस् तु वाहिनीं पर्यवर्तयत् ॥
सिंहनादेन महता व्यपोह्य सुमहद् भयम् ॥
tasmāt saṃpaśyatas tasya drāvayiṣyāmi vāhinīm ||
vidrāvya satyaṃ hantāsmi pāpaṃ pāñcālyam eva tu ||
sarvān etān haniṣyāmi yadi yotsyanti māṃ raṇe ||
satyaṃ te pratijānāmi parāvartaya vāhinīm ||
tac chrutvā tava putras tu vāhinīṃ paryavartayat ||
siṃhanādena mahatā vyapohya sumahad bhayam ||
«…Потому на глазах его обращу в бегство [его] войско; обратив в бегство, воистину убью грешного панчалийца [Дхриштадьюмну]. Всех этих перебью, если будут сражаться со мною в битве; истинно тебе клянусь — поверни [к бою] войско». Это услышав, сын твой повернул войско [к бою], великим львиным кличем рассеяв величайший страх.
751ccaf2203b · опубликовано 19 июл. 2026 г., 17:08:18 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Клятва Ашваттхамана возвращает дрогнувшему войску дух — львиный клич рассеивает страх. Знаменательно, как один решительный голос переламывает общее смятение: воля одного становится опорой многих. Стих учит, что в час паники войско держится твёрдостью вождя; и тот, кто сам не дрогнул, силою своей решимости поднимает павших духом — но эта мощь, направленная местью, ведёт не к спасению, а к новой буре.