ततः पार्ष्ण्यङ्कुशाङ्गुष्ठैः कृतिना चोदितो द्विपः ॥
प्रसारितकरः प्रायात् स्तब्धकर्णेक्षणो द्रुतम् ॥
सो ऽधिष्ठाय पदा वाहान् युयुत्सोः सूतम् आरुजत् ॥
पुत्रस् तु तव संभ्रान्तः सौभद्रस्याप्लुतो रथम् ॥
tataḥ pārṣṇyaṅkuśāṅguṣṭhaiḥ kṛtinā codito dvipaḥ ||
prasāritakaraḥ prāyāt stabdhakarṇekṣaṇo drutam ||
so 'dhiṣṭhāya padā vāhān yuyutsoḥ sūtam ārujat ||
putras tu tava saṃbhrāntaḥ saubhadrasyāpluto ratham ||
Тогда понукаемый пяткою, стрекалом и большим пальцем искусного [погонщика], слон, с вытянутым хоботом, с застывшими ушами и очами, стремительно устремился [вперёд]. Он, наступив ногою, раздавил коней и возницу Юютсу; твой же сын в смятении перескочил на колесницу сына Субхадры.
eb6f5a531675 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:11:21 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Грозный слон послушен тончайшим знакам погонщика — «пятке, стрекалу, большому пальцу»: исполинская сила вверена малому, едва приметному управлению. В этом образе — мысль о том, что величайшая мощь хороша лишь в руке умелого направителя. А Юютсу, лишившись коней и возницы, спасается на колеснице Абхиманью — вновь товарищество выручает в беде. Знаменательно, что брат, ушедший от Кауравов, находит спасение у племянника-Пандава. Стих учит, что грозная сила тем и страшна, что повинуется искусной воле до малейшего знака; что мощь без направляющего разума слепа, а с ним — неодолима; и что в час крушения спасает рука соратника — Юютсу, избравший правду, обретает опору среди тех, к кому пристал по совести.