Санджая
विष्वग् वाताः सनिर्घाता रूक्षाः शर्करवर्षिणः ॥
ववुर् आयाति कौन्तेये संग्रामे समुपस्थिते ॥
नाकुलिस् तु शतानीको धृष्टद्युम्नश् च पार्षतः ॥
पाण्डवानाम् अनीकानि प्राज्ञौ तौ व्यूहतुस् तदा ॥
ततो रथसहस्रेण द्विरदानां शतेन च ॥
त्रिभिर् अश्वसहस्रैश् च पदातीनां शतैः शतैः ॥
viṣvag vātāḥ sanirghātā rūkṣāḥ śarkaravarṣiṇaḥ ||
vavur āyāti kaunteye saṃgrāme samupasthite ||
nākulis tu śatānīko dhṛṣṭadyumnaś ca pārṣataḥ ||
pāṇḍavānām anīkāni prājñau tau vyūhatus tadā ||
tato rathasahasreṇa dviradānāṃ śatena ca ||
tribhir aśvasahasraiś ca padātīnāṃ śataiḥ śataiḥ ||
Повсюду ветры с громовыми ударами, жёсткие, сыплющие гравием, веяли, [когда] подступал Каунтея, [когда] битва настала. А сын Накулы Шатаника и Дхриштадьюмна, сын Пришаты, те двое мудрых, тогда построили войска Пандавов. Затем с тысячью колесниц, и с сотнею слонов, и с тремя тысячами коней, и с сотнями сотен пеших…
6a4bf7c0fcc7 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:45:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Среди грозных ветров и предвестий обе стороны строятся: Пандавов «prājñau… vyūhatuḥ», мудрые Шатаника и Дхриштадьюмна. Знаменательно, что и при благих знамениях праведные не пренебрегают разумным устроением: вера в исход не отменяет тщательной подготовки. Стих учит, что упование на правду соединяется с трезвым деланием: знающие победу свою всё же строят войска искусно, ибо благоволение неба венчает не беспечность, а усердие; и мудрость полководца — часть праведного дела.