Санджая
ततो ऽन्यद् धनुर् आदाय द्रोणः क्षत्रियमर्दनः ॥
अस्त्रैर् अस्त्रविदां श्रेष्ठो योधयाम् आस भारत ॥
तस्यास्त्राण्य् अस्त्रमायाभिः प्रतिहन्य स सात्यकिः ॥
जघान निशितैर् बाणैस् तद् अद्भुतम् इवाभवत् ॥
तस्यातिमानुषं कर्म दृष्ट्वान्यैर् असमं रणे ॥
युक्तं योगेन योगज्ञास् तावकाः समपूजयन् ॥
tato 'nyad dhanur ādāya droṇaḥ kṣatriyamardanaḥ ||
astrair astravidāṃ śreṣṭho yodhayām āsa bhārata ||
tasyāstrāṇy astramāyābhiḥ pratihanya sa sātyakiḥ ||
jaghāna niśitair bāṇais tad adbhutam ivābhavat ||
tasyātimānuṣaṃ karma dṛṣṭvānyair asamaṃ raṇe ||
yuktaṃ yogena yogajñās tāvakāḥ samapūjayan ||
Затем, взяв другой лук, Дрона, сокрушитель кшатриев, лучший из знатоков оружия, сражался оружием, о Бхарата. Его оружие, отразив оружейными приёмами, тот Сатьяки разил острыми стрелами — то было словно чудо. Его сверхчеловеческое деяние, не равное другим в битве, соединённое с йогою, увидев, твои [воины,] знатоки йоги, почтили [его].
0de6622667f0 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:52:56 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Деяние Сатьяки названо «yuktaṃ yogena», соединённым с йогою: высшее искусство есть плод сосредоточения и духовной собранности, а не одной ловкости тела. Знаменательно, что «yogajñāḥ», знатоки йоги, узнаю́т в его бое йогу. Стих учит, что вершина всякого мастерства коренится в йоге — в полном сосредоточении духа: безупречность руки рождается из собранности ума; и подлинное искусство есть зримый плод незримой внутренней дисциплины, оттого и дивит оно, как чудо.