प्रातरधीयानो रात्रिकृतं पापं नाशयति । सायमधीयानो दिवसकृतं पापं नाशयति । तत्सायं प्रातः प्रयुञ्जानः पापोऽपापो भवति । निशीथे तुरीयसन्ध्यायां जप्त्वा वाक्सिद्धिर्भवति । नूतनप्रतिमायां जप्त्वा देवतासांनिध्यं भवति । प्राणप्रतिष्ठायां जप्त्वा प्राणानां प्रतिष्ठा भवति । भौमाश्विन्यां महादेवी संनिधौ जप्त्वा महामृत्युं तरति । य एवं वेदेत्युपनिषत्
prātaradhīyāno rātrikṛtaṃ pāpaṃ nāśayati | sāyamadhīyāno divasakṛtaṃ pāpaṃ nāśayati | tatsāyaṃ prātaḥ prayuñjānaḥ pāpo'pāpo bhavati | niśīthe turīyasandhyāyāṃ japtvā vāksiddhirbhavati | nūtanapratimāyāṃ japtvā devatāsāṃnidhyaṃ bhavati | prāṇapratiṣṭhāyāṃ japtvā prāṇānāṃ pratiṣṭhā bhavati | bhaumāśvinyāṃ mahādevī saṃnidhau japtvā mahāmṛtyuṃ tarati | ya evaṃ vedetyupaniṣat
«Читающий утром истребляет грех, сделанный ночью; читающий вечером истребляет грех, сделанный днём. Применяющий то вечером и утром — грешный делается безгрешным. Повторив в полночь, в четвёртую сандхью, обретает совершенство речи. Повторив над новым изваянием, [достигает] присутствия божества. Повторив при вложении дыхания, [достигает] утверждения дыханий. Повторив во вторник, в день Ашвини, вблизи великой Богини, — переплывает великую смерть. Кто так знает — такова упанишад».
629523bbdd9e · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Книга кончается обещанием, о котором надо сказать прямо, потому что оно опасно: папо 'папо бхавати, «грешный делается безгрешным» — от чтения утром и вечером.
Сказано это без всякого условия. Не «раскаявшийся», не «переставший», а просто читающий дважды в день; и грех, сделанный ночью, снимается утренним чтением, а сделанный днём — вечерним.
Прочитанное так, обещание это устраивает круговорот, в котором ничего не меняется: грешил ночью, прочёл утром; грешил днём, прочёл вечером. Человек остаётся тем же, а счёт обнуляется дважды в сутки.
Вайшнавская сторона такое понимание отвергает решительно, и отвергает не из строгости, а по существу дела. Среди десяти оскорблений имени тягчайшим названо нама-балена папа-буддхих, «помысел о грехе на силе имени», — то есть расчёт грешить, зная, что имя очистит. И сказано о нём то, чего не сказано ни о каком другом: имя очищает всё, но этого не очищает, ибо тут очищаемое и есть само намерение пользоваться очищением.
Справедливости ради надо прибавить, что двенадцатою строкою эта же книга поставила условие — шуддха-четасах, «с чистым сознанием»; и, читая её как целое, обещание двадцать второй строки надо понимать в свете двенадцатой. Тогда выходит осмысленно: чтение утром и вечером держит человека в порядке — как держит его всякое ежедневное дело, — и грех, не находящий себе места между двумя такими часами, мельчает и отпадает сам.
Так и стоит кончить чтение этой книги. Она невелика, местами загадочна, местами составлена из чужих стихов; но в ней сказано «единая и не-единая» (17), названа матерь-заступница, дважды произнесено «прихожу в прибежище» (4, 19) и один раз честно прибавлено, кто приходит: страшащийся бытия.