Здесь при состоянии рас как предмета — как в «Лалита-мадхаве»: «Увидев Мукунду на арене, наставники дайтьев обрели перекошенность в лице, лучшие борцы — красноту, друзья — поднятие щёк, владыки злодеев — погибель, сонмы мудрецов — утрату созерцания, матери — слёзы, воины — мурашки, владыки богов — какое-то новое изумление внутри, слуги — пляску, а черноокие — взгляд искоса».