अनुपनीतशतमेकमेकेनोपनीतेन तत्सममुपनीतशतमेकमेकेन गृहस्थेन तत्समं गृहस्थशतमेकमेकेन वानप्रस्थेन तत्समं वानप्रस्थशतमेकेमेकेन यतिना तत्समं यतीनां तु शतं पूर्णमेकमेकेन रुद्रजापकेन तत्समं रुद्रजापकशतमेकेमेकेन अथर्वशिरःशिखाध्यापकेन तत्सममथर्वशिरःशाखाध्यापकशतमेकमेकेन बृहज्जाबालोपनिषदध्यापकेन तत्समं तद्वा एतत्परं धाम बृहज्जबालोपनीषज्जपशीलस्य यत्र न सूर्यस्तपति यत्र न वायुर्वाति यत्र न चन्द्रमा भाति यत्र न नक्षत्राणि भान्ति यत्र नाग्निर्दहति यत्र न मृत्युः प्रविशति यत्र न दुःखानि प्रविशन्ति सदानन्दं परमानन्दं शान्तं शाश्वतं सदाशिवं ब्रह्मादिवन्दितं योगिध्येयं परं पदं यत्र गत्वा न निवर्तन्ते योगिनस्तदेतदृचाभ्युक्तम् । तद्विष्णोः परमं पदं सदा पश्यन्ति सूरयः । दिवीव चक्षुराततम् ॥ तद्विप्रासो विपन्यवो जागृवांसः समिन्धते । विष्णोर्यत्परमं पदम् ॥ ओं सत्यमित्युपनिषत्
anupanītaśatamekamekenopanītena tatsamamupanītaśatamekamekena gṛhasthena tatsamaṃ gṛhasthaśatamekamekena vānaprasthena tatsamaṃ vānaprasthaśatamekemekena yatinā tatsamaṃ yatīnāṃ tu śataṃ pūrṇamekamekena rudrajāpakena tatsamaṃ rudrajāpakaśatamekemekena atharvaśiraḥśikhādhyāpakena tatsamamatharvaśiraḥśākhādhyāpakaśatamekamekena bṛhajjābālopaniṣadadhyāpakena tatsamaṃ tadvā etatparaṃ dhāma bṛhajjabālopanīṣajjapaśīlasya yatra na sūryastapati yatra na vāyurvāti yatra na candramā bhāti yatra na nakṣatrāṇi bhānti yatra nāgnirdahati yatra na mṛtyuḥ praviśati yatra na duḥkhāni praviśanti sadānandaṃ paramānandaṃ śāntaṃ śāśvataṃ sadāśivaṃ brahmādivanditaṃ yogidhyeyaṃ paraṃ padaṃ yatra gatvā na nivartante yoginastadetadṛcābhyuktam | tadviṣṇoḥ paramaṃ padaṃ sadā paśyanti sūrayaḥ | divīva cakṣurātatam || tadviprāso vipanyavo jāgṛvāṃsaḥ samindhate | viṣṇoryatparamaṃ padam || oṃ satyamityupaniṣat
Сто непосвящённых равны одному посвящённому; сто посвящённых — одному домохозяину; сто домохозяев — одному лесному жителю; сто лесных жителей — одному отрешённому; полная сотня отрешённых — одному чтецу Рудры; сто чтецов Рудры — одному учителю Атхарваширас-шикхи; сто учителей Атхарваширас-шакхи — одному учителю Брихаджджабала-упанишады. Вот же она, высшая обитель того, кто имеет обычай читать Брихаджджабала-упанишаду: где солнце не жжёт, где ветер не веет, где месяц не светит, где не светят звёзды, где огонь не палит, куда не входит смерть, куда не входят страдания; вечно-блаженная, высше-блаженная, умиротворённая, вечная, всегда-благая, чтимая Брахмой и прочими, созерцаемая йогинами, высшая обитель, придя куда, йогины не возвращаются. Это и стихом изречено: «Ту высшую обитель Вишну всегда видят прозорливцы, как око, простёртое по небу. Её вдохновенные, ликующие, бодрствуя, возжигают — ту, что высшая обитель Вишну». — ОМ. Истина. Такова упанишада.
62fbd6761f0b · published Aug 1, 2026, 11:48:02 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Конец книги, и он устроен так, что последнее слово в ней — **не о пепле**.
**Лестница ста.** Сто непосвящённых стоя́т одного посвящённого, сто посвящённых — одного домохозяина, и так вверх, до учителя этой самой книги. Приём в наших писаниях обычный, и читать его надо не как перепись, а как меру расстояний.
Стои́т заметить, что **домохозяин стои́т выше просто посвящённого**: не отречение само по себе поднимает, а взятая на себя жизнь.
**Высшая обитель.** Описана она семью отрицаниями: **где не жжёт солнце, не веет ветер, не светят месяц и звёзды, не палит огонь, не входит смерть, не входят страдания**. Тот же приём, что в Катхе и Шветашватаре: о ней говорят, чего там нет, потому что сказать, что́ там есть, не удаётся.
И вспомним восьмую брахману двумя шлоками раньше: там **завоёвывали семь миров**. А это место в семёрку не входит и не завоёвывается — в него **приходят и не возвращаются**.
**А теперь главное.** Шайвская книга, вся о пепле, о трипундре и о рудракше, называет эту обитель в последней своей строке — и называет чужим, казалось бы, именем. Приведён стих Ригведы, один из древнейших и самых любимых у вайшнавов:
> **«Ту высшую обитель Вишну всегда видят прозорливцы, как око, простёртое по небу».**
И повторено: **«ту, что высшая обитель Вишну»**. Дважды, последними словами книги, перед самым «ОМ. Истина».
Мы не станем ни делать из этого больше, чем есть, ни меньше. Книга шайвская; её обряд шиваитский; её собеседники — Рудра и Бхусунда. И она же, дойдя до предела, говорит **вишноḥ парамаṃ падам** — и на том умолкает.
**О самом стихе.** Образ в нём редкой красоты: обитель видна «**как око, простёртое по небу**» — то есть высшее видят не глазами, а тем, что само есть глаз, раскинутый по всему небу. А **виданье** и **возжигание** поставлены рядом: прозорливцы её видят, а вдохновенные, **бодрствуя, её возжигают**, как возжигают жертвенный огонь. Смотреть недостаточно; нужно ещё не спать и поддерживать пламя.
**О передаче.** В нашем издании во второй строке этого стиха стои́т дыра, помеченная самим редактором: «*дивӣва чакшу--?--*». Чтение восстановлено — стих этот стои́т неповреждённым в Ригведе и в десятках книг, — и восстановление объявлено в самом извлекателе, чтобы никто не принял нашу починку за то, что стои́т в источнике.
**Брихаджджабала окончена**: восемь брахман, сто сорок пять единиц. Начиналась она водами и Праджапати на лотосовом листе; кончается обителью, которую видят прозорливцы. А между ними — коровы, навоз, четырнадцать шариков, три дня тлеющего огня и человек, отпущенный делать своё дело.