Махабхарата · 7.53.40–41
॥
Деванагари
द्रष्टासि श्वो महेष्वासान् नाराचैस् तिग्मतेजनैः ॥
शृङ्गाणीव गिरेर् वज्रैर् दार्यमाणान् मया युधि ॥
नरनागाश्वदेहेभ्यो विस्रविष्यति शोणितम् ॥
पतद्भ्यः पतितेभ्यश् च विभिन्नेभ्यः शितैः शरैः ॥
Транслитерация (IAST)
draṣṭāsi śvo maheṣvāsān nārācais tigmatejanaiḥ ||
śṛṅgāṇīva girer vajrair dāryamāṇān mayā yudhi ||
naranāgāśvadehebhyo visraviṣyati śoṇitam ||
patadbhyaḥ patitebhyaś ca vibhinnebhyaḥ śitaiḥ śaraiḥ ||
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
द्रष्टासि श्वः महेष्वासान्draṣṭāsi śvaḥ maheṣvāsānувидишь завтра великих лучников; узришь завтра могучих стрелков
नाराचैः तिग्मतेजनैःnārācaiḥ tigmatejanaiḥжелезными стрелами острейшего острия; калёными стрелами
शृङ्गाणि इव गिरेःśṛṅgāṇi iva gireḥсловно вершины горы; как горные пики
वज्रैः दार्यमाणान् मया युधिvajraiḥ dāryamāṇān mayā yudhiперунами раскалываемые мною в битве; молниями, мной в бою раскалываемые
नरनागाश्वदेहेभ्यःnaranāgāśvadehebhyaḥиз тел людей, слонов и коней; из тел людей, слонов, коней
विस्रविष्यति शोणितम्visraviṣyati śoṇitamзаструится кровь; хлынет кровь
पतद्भ्यः पतितेभ्यः चpatadbhyaḥ patitebhyaḥ ca[из] падающих и павших; из падающих и павших
विभिन्नेभ्यः शितैः शरैःvibhinnebhyaḥ śitaiḥ śaraiḥрассечённых острыми стрелами; рассечённых острыми стрелами
Литературный перевод
«Увидишь завтра великих лучников, словно горные пики, мною в битве раскалываемых калёными железными стрелами, как перунами. Из тел людей, слонов и коней — падающих и павших, рассечённых острыми стрелами — заструится кровь».
Версия
5468a805b13b · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:36:52 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Арджуна говорит не похвальбою, а ви́дением неминуемого: великие лучники падут, «śṛṅgāṇi iva gireḥ vajraiḥ», как горные вершины под молниями. Образ грозен, но это речь воина, исполняющего долг возмездия за беззаконно убитого отрока, а не упоение кровью. Знаменательно, что мощь его уподоблена ваджре — небесному оружию правды, что сокрушает твердыни. Стих напоминает, что война, даже праведная, есть кровь и гибель; и долг воина — нести её не с услаждением, а как тяжкое исполнение справедливости.