Санджая
न नूनं स्वस्ति पार्थस्य यथा नदति शङ्खराट् ॥
कौरवाश् च यथा हृष्टा विनदन्ति मुहुर् मुहुः ॥
एवं संचिन्तयित्वा तु व्याकुलेनान्तरात्मना ॥
अजातशत्रुः कौन्तेयः सात्वतं प्रत्यभाषत ॥
बाष्पगद्गदया वाचा मुह्यमानो मुहुर् मुहुः ॥
कृत्यस्यानन्तरापेक्षी शैनेयं शिनिपुंगवम् ॥
यः स धर्मः पुरा दृष्टः सद्भिः शैनेय शाश्वतः ॥
सांपराये सुहृत्कृत्ये तस्य कालो ऽयम् आगतः ॥
na nūnaṃ svasti pārthasya yathā nadati śaṅkharāṭ ||
kauravāś ca yathā hṛṣṭā vinadanti muhur muhuḥ ||
evaṃ saṃcintayitvā tu vyākulenāntarātmanā ||
ajātaśatruḥ kaunteyaḥ sātvataṃ pratyabhāṣata ||
bāṣpagadgadayā vācā muhyamāno muhur muhuḥ ||
kṛtyasyānantarāpekṣī śaineyaṃ śinipuṃgavam ||
yaḥ sa dharmaḥ purā dṛṣṭaḥ sadbhiḥ śaineya śāśvataḥ ||
sāṃparāye suhṛtkṛtye tasya kālo 'yam āgataḥ ||
«„Нет, верно, благополучия у Партхи, коль так трубит царь раковин, и Кауравы ликующе ревут снова и снова“. Так поразмыслив, с встревоженною душою, Аджаташатру, сын Кунти, обратился к Сатвате [Сатьяки] голосом, прерывистым от слёз, изнемогая снова и снова: „Тот вечный долг, что встарь усмотрен благими, о потомок Шини, — [долг] в битве, в деле ради друга, — того час этот настал“.»
bc86632ea4cd · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:02:23 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Царь дхармы, «bāṣpagadgadayā vācā», голосом, дрожащим от слёз, призывает «suhṛtkṛtya» — долг служения другу: высший миг дружбы есть час нужды. Знаменательно, что и Аджаташатру, «тот, у кого нет врагов», изнемогает от тревоги за брата. Стих учит, что подлинный долг дружбы проверяется не в благополучии, а в беде: вечный закон, усмотренный праведными, велит в час опасности отдать себя за друга, и пришедшее время такого служения — высшее призвание любящего.