Санджая
ततः कृष्णो महाबाहू रजतप्रतिमान् हयान् ॥
हयज्ञश् चोदयाम् आस जयद्रथरथं प्रति ॥
तं प्रयान्तम् अमोघेषुम् उत्पतद्भिर् इवाशुगैः ॥
त्वरमाणा महाराज सेनामुख्याः समाव्रजन् ॥
दुर्योधनश् च कर्णश् च वृषसेनो ऽथ मद्रराट् ॥
अश्वत्थामा कृपश् चैव स्वयम् एव च सैन्धवः ॥
tataḥ kṛṣṇo mahābāhū rajatapratimān hayān ||
hayajñaś codayām āsa jayadratharathaṃ prati ||
taṃ prayāntam amogheṣum utpatadbhir ivāśugaiḥ ||
tvaramāṇā mahārāja senāmukhyāḥ samāvrajan ||
duryodhanaś ca karṇaś ca vṛṣaseno 'tha madrarāṭ ||
aśvatthāmā kṛpaś caiva svayam eva ca saindhavaḥ ||
Затем Кришна мощнорукий, знаток коней, погнал коней, подобных серебру, [к] колеснице Джаядратхи. Его, едущего [c] неотвратимыми стрелами, словно [c] взлетающими быстрыми [птицами], спеша, о великий царь, обступили вожди войска: Дурьодхана и Карна, Вришасена, затем царь Мадры [Шалья], Ашваттхаман и Крипа, и сам Саиндхава.
2d12738be1cc · опубликовано 19 июл. 2026 г., 16:25:13 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Семеро величайших встают на пути одного: вся надежда Кауравов — удержать Арджуну от Джаядратхи. Знаменательно, что и сам Джаядратха в их числе: обречённый прячется за чужими спинами, но участи не избегнуть. Стих учит, что заслон из многих доблестных есть лишь отсрочка, когда против него — твёрдость обета; и тот, кого хранят семеро, всё же не уйдёт от настигающей правды.