Upanishads · Dhyānabindu 51
॥
Devanāgarī
तत्र नाड्यः समुत्पन्नाः सहस्राणि द्विसप्ततिः । तेषु नाडीसहस्रेषु द्विसप्ततिरुदाहृताः
Transliteration (IAST)
tatra nāḍyaḥ samutpannāḥ sahasrāṇi dvisaptatiḥ | teṣu nāḍīsahasreṣu dvisaptatirudāhṛtāḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
तत्र नाड्यः समुत्पन्नाःtatra nāḍyaḥ samutpannāḥтам возникают каналы
सहस्राणि द्वि-सप्ततिःsahasrāṇi dvi-saptatiḥсемьдесят две тысячи
तेषु नाडी-सहस्रेषुteṣu nāḍī-sahasreṣuсреди тех тысяч каналов
द्वि-सप्ततिः उदाहृताःdvi-saptatiḥ udāhṛtāḥназваны семьдесят два
Translation
там возникают каналы — семьдесят две тысячи; среди тех тысяч каналов названы семьдесят два.
Version
377a7b400326 · published Aug 2, 2026, 4:55:42 AM UTC
Available inRUPage between verses with
**Семьдесят две тысячи каналов** — счёт, повторяющийся во всех книгах этого рода.
Отметим устройство перечня: из семидесяти двух тысяч выделены **семьдесят два**, из них — **десять** (52–53), из десяти — **три** (55), а из трёх главный один: **сушумна**.
Это хороший способ учить, и он нам знаком.
Наши книги делают так же. Видов преданности — **девять**; из девяти главные — **пять**; из пяти важнейшие — **слушание и воспевание**; а из них, для нашего века, довольно **одного**: имени.
Замечу, зачем такое сужение.
Оттого что всего не сделаешь. Всякое учение, если оно живое, кончается тем, что называет **одно** — то, за что можно взяться нынче же.
Бхагаватам так и кончает свой перечень: «**Слушание, воспевание и памятование о Вишну** — вот высшая дхарма» (7.5.23), а Кали-сантарана сужает и это: шестнадцать имён, и «нет иного пути».
Семьдесят две тысячи — для полноты картины.
Живут — одним.