Санджая
तं द्रोणः पञ्चविंशत्या मर्मभिद्भिर् अजिह्मगैः ॥
अन्तेवासिनम् आचार्यो महेष्वासं समर्दयत् ॥
तं तूर्णम् इव बीभत्सुः सर्वशस्त्रभृतां वरः ॥
अभ्यधावद् इषून् अस्यन्न् इषुवेगविघातकान् ॥
तस्याशु क्षिपतो भल्लान् भल्लैः संनतपर्वभिः ॥
प्रत्यविध्यद् अमेयात्मा ब्रह्मास्त्रं समुदीरयन् ॥
taṃ droṇaḥ pañcaviṃśatyā marmabhidbhir ajihmagaiḥ ||
antevāsinam ācāryo maheṣvāsaṃ samardayat ||
taṃ tūrṇam iva bībhatsuḥ sarvaśastrabhṛtāṃ varaḥ ||
abhyadhāvad iṣūn asyann iṣuvegavighātakān ||
tasyāśu kṣipato bhallān bhallaiḥ saṃnataparvabhiḥ ||
pratyavidhyad ameyātmā brahmāstraṃ samudīrayan ||
Его Дрона, наставник, двадцатью пятью пронзающими [в] жизненные места прямыми [стрелами] теснил — ученика, великого лучника. Его быстро Бибхатсу, лучший из всех носящих оружие, [настиг,] мечя стрелы, отражающие напор стрел. Его, быстро мечущего бхаллы, [Арджуна,] безмерный духом, пронзил в ответ бхаллами с гладкими сочленениями, воздвигая оружие Брахмы.
23b5992ebf79 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:45:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Поединок гуру и ученика достигает высот: оба применяют «brahmāstra», оружие Брахмы. «Antevāsinam ācāryaḥ», «ученика — наставник», — поэт не даёт забыть их связь даже в обмене высшим оружием. Знаменательно, что битва ведётся не ненавистью, а равным искусством. Стих учит, что встреча двух совершенств — даже на разных сторонах — есть явление величия знания: учитель и ученик, обращая друг на друга высшее оружие, свидетельствуют о полноте переданного и усвоенного; и поединок их — не вражда, а вершинное состязание мастеров.