Санджая
द्रोणस् तु पञ्चविंशत्या श्वेतवाहनम् आर्दयत् ॥
वासुदेवं च सप्तत्या बाह्वोर् उरसि चाशुगैः ॥
पार्थस् तु प्रहसन् धीमान् आचार्यं स शरौघिणम् ॥
विसृजन्तं शितान् बाणान् अवारयत तं युधि ॥
अथ तौ वध्यमानौ तु द्रोणेन रथसत्तमौ ॥
आवर्जयेतां दुर्धर्षं युगान्ताग्निम् इवोत्थितम् ॥
droṇas tu pañcaviṃśatyā śvetavāhanam ārdayat ||
vāsudevaṃ ca saptatyā bāhvor urasi cāśugaiḥ ||
pārthas tu prahasan dhīmān ācāryaṃ sa śaraughiṇam ||
visṛjantaṃ śitān bāṇān avārayata taṃ yudhi ||
atha tau vadhyamānau tu droṇena rathasattamau ||
āvarjayetāṃ durdharṣaṃ yugāntāgnim ivotthitam ||
Дрона же двадцатью пятью [стрелами] теснил белоконного, и Васудеву — семьюдесятью быстрыми [стрелами] в руки и в грудь. Партха же, смеясь, мудрый, отражал в битве наставника, осыпающего стрелами, выпускающего острые стрелы. Затем те двое, избиваемые Дроною, лучшие колесничие, уклонились от неодолимого, словно [от] огня конца века, восставшего.
c18c9e221816 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:45:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Даже Кришна и Арджуна «āvarjayetām durdharṣam», уклоняются от Дроны, «как от огня пралаи». Уклонение это — не страх, а признание: наставника не одолеть в лоб, и цель — не он, а Джаядратха. Знаменательно, что и сам Господь не считает зазорным обойти неодолимое препятствие. Стих учит мудрости избегания напрасной схватки: не всякое препятствие должно сокрушать, иное — обойти ради главной цели; и обход неодолимого учителя ради обета — не отступление, а трезвое подчинение средства цели.