Дурьодхана
त्वरन्न् एकरथेनैव समेत्य द्रोणम् अब्रवीत् ॥
गतः स पुरुषव्याघ्रः प्रमथ्येमां महाचमूम् ॥
अत्र बुद्ध्या समीक्षस्व किं नु कार्यम् अनन्तरम् ॥
अर्जुनस्य विघाताय दारुणे ऽस्मिञ् जनक्षये ॥
यथा स पुरुषव्याघ्रो न हन्येत जयद्रथः ॥
तथा विधत्स्व भद्रं ते त्वं हि नः परमा गतिः ॥
tvarann ekarathenaiva sametya droṇam abravīt ||
gataḥ sa puruṣavyāghraḥ pramathyemāṃ mahācamūm ||
atra buddhyā samīkṣasva kiṃ nu kāryam anantaram ||
arjunasya vighātāya dāruṇe 'smiñ janakṣaye ||
yathā sa puruṣavyāghro na hanyeta jayadrathaḥ ||
tathā vidhatsva bhadraṃ te tvaṃ hi naḥ paramā gatiḥ ||
Спеша, на одной колеснице подъехав к Дроне, сказал: «Прошёл тот тигр среди мужей, сокрушив это великое войско. Здесь разумом обдумай, что же делать теперь для одоления Арджуны в этом ужасном истреблении людей. [Так,] чтобы тот тигр среди мужей не был убит — Джаядратха, — так устрой, благо тебе; ибо ты — наше высшее прибежище».
dc2aa7a10033 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:45:02 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
«Tvaṃ hi naḥ paramā gatiḥ», «ты — наше высшее прибежище», — Дурьодхана называет высшим прибежищем человека, Дрону. В этом корень его беды: прибежище его — не Господь и не дхарма, а смертный наставник. Знаменательно, что то же слово «paramā gatiḥ» вайшнав относит лишь к Богу. Стих учит, что ложно избранное высшее прибежище губит: кто полагает «paramā gatiḥ» в человеке или силе, обманется в час нужды; ибо истинное высшее прибежище — лишь Господь, и упование на смертную опору шатко.