Гаруда-пурана

Короткая глава о поклонении пяти ликам: Садьоджате с восемью калами, Вамадеве с тринадцатью, Агхоре с восемью тяжкими — Помрачением, Голодом, Сном, Смертью, — Татпуруше с восхождением от Прекращения к Покою и Ишане со светлыми.

Обряд Шиве от начала до конца: мантра «хаум», собранная из кратких и долгих звуков, великая печать — движение руками от стоп до темени, почитание дхармы, знания и бесстрастия в сердечном лотосе, огненный обряд с ямой в виде полумесяца, а под конец посвящение по пяти стихиям, после которого «рождается Шивовость».

Самая подробная из шиваитских глав: полоскание уст тремя мантрами, поминание четырёх поколений предков по обеим линиям, солнечные мантры и девять светил по слогам, чертёж с дхармой на востоке и адхармой в огненном углу, молитва об истреблении и злого, и доброго, тридцать шесть сутей от земли до Шивы, очищение стихий по пяти ступеням тела — и наконец облик Садашивы, белого юноши шестнадцати лет с десятью занятыми руками.

После Шивы — короткий свод поклонений: владыке Ганов, Дурге с девятью гневными силами, Трипуре на лотосном сиденье Садашивы, семи матерям, восьми Бхайравам и Камадеве с пятью стрелами; в самой же середине созерцают белую, с чётками и книгою, дарующую дар и бесстрашие.

Пять стихов сплошных мантр, которыми складывают престол снизу вверх: бесконечная и опорная силы, Рудра огня времени, Хатакешвара подземного золота, Шеша, держащий землю, — и наконец лотосное сиденье, вобравшее в себя калы, сути, миры, буквы и члены тела. Кланяются при этом всегда сандалиям.

Возложение мантр: сперва по пальцам — слог для каждого берётся из его же имени, — затем по телу, с хлопком в ладоши и пятью ликами Кубджики по сторонам света, и наконец двенадцать мандал, среди которых почитаются череда пробуждений, преемство наставников и подпрестолье наравне с престолом.

Глава в один стих: длинная мантра сплошными звательными к богине — Грызущей, Пламенноликой, Остроухой, рождённой в сердце Рудры, — с просьбами жечь, бить и помрачить врага; она же снимает яд нагов и уносит хватающих детей.

Обряд Кришне-Пастуху, устроенный тем же чертежом, что и шиваитские: парные стражи у врат, две реки и два сокровища, престол из черепахи, Ананты и земли, три свойства по местам — и восемь цариц, стоящих в кругу наравне с раковиной, диском и Каустубхой. Мантра называет его возлюбленным пастушек.

Мантры Шридхары под именем «Чарующий три мира»: длинное заклинание, где славословие переходит в прямые приказы — жечь, сушить, цепенить, влечь, — четыре кратких извода того же обращения и завершающий перечень оружия, Лакшми, Гаруды и Вишваксены.

Самый подробный обряд Вишну в этой книге: поклоняющийся сперва мыслит себя Шридхарой, затем кланяется престолу — дхарме и адхарме, знанию и незнанию, луковице, стеблю и лотосу, — потом кругу от членов бога до восьми хранителей сторон, созерцает его одну мухурту и поёт гимн, сложенный на одном слоге «шри». Читающему главу обещано то же, что совершающему обряд.

Рудра просит переправы через океан круговорота и получает обряд: возложение мантр «как на себе, так и на боге», созерцание Вишну, нашедшего приют в дупле сердца, сотворение и рассечение яйца слогом «ом», поклон престолу и всем хранителям сторон с их областями и свитами, хвала — и напоследок лестница вниз: совершить обряд, прошептать мантру, прочесть главу, послушать её, дать послушать другому.

Один неизменный Васудева собственной майей утверждается пятерично — Васудевой, Санкаршаной, Прадьюмной, Анируддхой и Нараяной, — и остаётся недвойственным. Пять мантр различаются одной гласной, четыре образа садятся на лепестки, пятый в сердцевину, Гаруда стоит впереди всех; гимн зовёт его и трёхкачественным, и бескачественным, и бродом, а просьба под конец одна: извлеки утонувшего.

Диск Вишну получает собственный обряд и собственный гимн: мантра, что губит злых и рассекает чужие мантры; созерцание в незапятнанном лотосе сердца; и хвала, где он назван оком, порождающим и разрушающим мир, обликом самих злых духов и тех, кто их одолевает, — и напоследок разом Вишну и оружием Вишну.

Рудра говорит, что не может наслушаться, и получает самое длинное поклонение книги — пятьдесят семь стихов Хаягриве, чья мантра даёт всякое знание: белизна в шести сравнениях и блеск десяти миллионов солнц разом, вхождение бога через левую ноздрю, милость в сердцевине цветка, поклон сандалиям наставника и учителя учителей. Конеглавым он назван лишь в самом конце.

Гаятри представлена как живая: у неё свой провидец, свой род, глава-Брахма, темя-Рудра, приют в сердце Вишну и стопы — три мира. Её возлагают по всему телу от большого пальца ноги до темени и дальше по сторонам света, а каждому слогу назначают цвет — от сапфирного до цвета хмельного напитка.

Обряд на стыках дня: девять пороков — по свойству, по состоянию сознания и по орудию — сжигают девятью действиями; утреннюю сандхью шепчут стоя, вечернюю сидя; богиня меняет цвет с красного на белый и чёрный по времени суток, а не совершающего предстояние губит само Солнце.

Краткий устав: сколько раз шептать — тысячу восемь или сто восемь, — двенадцать женских имён гаятри, возлияние в огонь, сто тысяч повторений на молоке, кореньях и плодах и отпущение богини словами «иди, как тебе угодно», данное не совершающим обряд, а Брахмою.

Двенадцать имён Дурги, восемнадцать вещей в её руках — среди них зеркало, колокол и перст угрозы, — и огромная мантра Чамунды, почти сплошь из удвоенных повелений: связать врагу уста, глаза, сердце, руки, стопы, стороны света, верх и низ. Богиню при этом заклинают истиною Брахмы, Вишну и Рудры, а под конец просят хранить от её же собственных существ.

Второй, подробный обряд Солнцу: у врат стоят конь Уччайхшравас и возничий Аруна, девять лучей носят женские имена, каждой планете назначен свой цвет и свой слог, а Солнце созерцают двуруким, с одним лотосом, на одноколёсной колеснице — самый простой облик в этой части книги. Подношение подают, поставив сосуд на голову и коснувшись коленями земли.

Шива спрашивает Вишну, как поклоняться Шиве. Престол устроен как у Вишну — опорная сила, Ананта, четыре добродетели и четыре им обратные, — но с добавлением верхнего и нижнего стихотворных размеров; пять ликов получают свои калы, а перечень служб включает пение, игру и пляску и кончается тем, чего не сделать руками, — чувством единства.