तत्र निर्वेदः, स महार्त्या, यथा विदग्धमाधवे (2.41)
यस्योत्सङ्गसुखाश्रया शिथिलता गुर्वी गुरुभ्यस् त्रपा
प्राणेभ्योऽपि सुहृत्तमाः सखि तथा यूयं परिक्लेशिताः ।
धर्मः सोऽपि महान् मया न गणितः साध्वीभिर् अध्यासितो
धिग् धैर्यं तदुपेक्षितापि यद् अहं जीवामि पापीयसी
tatra nirvedaḥ, sa mahārtyā, yathā vidagdha-mādhave (2.41)-
yasyotsaṅga-sukhāśrayā śithilatā gurvī gurubhyas trapā
prāṇebhyo'pi suhṛttamāḥ sakhi tathā yūyaṃ parikleśitāḥ |
dharmaḥ so'pi mahān mayā na gaṇitaḥ sādhvībhir adhyāsito
dhig dhairyaṃ tad-upekṣitāpi yad ahaṃ jīvāmi pāpīyasī
Ради счастья в его объятиях я оставила всё: и тяжкий стыд перед старшими, и вас, подруга, милейших мне более жизни, — так измучила; и великую дхарму, почитаемую добродетельными, я ни во что не ставила. Фу на такую стойкость: он меня оставил, а я, грешнейшая, всё живу.
543f0b305845 · publicado 18 sept 2026, 22:08:48 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Первое из тридцати трёх — nirveda, отвращение к себе. Причиной названа великая боль.
Перечислено брошенное: стыд, подруги, дхарма. Список этот и есть цена, которая оказалась уплачена впустую.
Обращено всё, однако, не на Него. Упрёк единственный — самой себе, и упрекают за то, что живут.