Упанишады · Gaṇapati 11.3
॥
Деванагари
इदमथर्वशीर्षमशिष्याय न देयम् । यो यदि मोहाद् दास्यति । स पापीयान् भवति । सहस्रावर्तनाद्यं यं काममधीते । तं तमनेन साधयेत्
Транслитерация (IAST)
idamatharvaśīrṣamaśiṣyāya na deyam | yo yadi mohād dāsyati | sa pāpīyān bhavati | sahasrāvartanādyaṃ yaṃ kāmamadhīte | taṃ tamanena sādhayet
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
इदम् अथर्व-शीर्षम् अ-शिष्याय न देयम्idam atharva-śīrṣam a-śiṣyāya na deyamэту атхарва-главу не-ученику не должно давать
यः यदि मोहात् दास्यतिyaḥ yadi mohāt dāsyatiкто если по ослеплению даст
सः पापीयान् भवतिsaḥ pāpīyān bhavatiтот делается весьма греховен
सहस्र-आवर्तनात् यं यं कामम् अधीतेsahasra-āvartanāt yaṃ yaṃ kāmam adhīteот тысячи повторений какое ни пожелает
तं तम् अनेन साधयेत्taṃ tam anena sādhayetтого и достигнет этим
Литературный перевод
«Эту атхарва-главу не должно давать не-ученику; кто, по ослеплению, даст, тот делается весьма греховен. От тысячи повторений — какого ни пожелает, того и достигнет этим».
Версия
6f6841a6230d · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Тут два предмета, и оба требуют, чтобы о них сказали прямо. Первый — запрет передавать. Ашишьяя на деям, «не-ученику не давать»; давший — папиян, «весьма греховен».
Скажем сперва, что в этом есть здравого, ибо есть. Слово, отданное тому, кто им не дорожит, обесценивается; и всякий, кто рассказывал дорогое человеку равнодушному, знает, что теряется не только слово, но и что-то в самом рассказчике. Правило это в старину значило прежде всего: не мечи бисера.
Скажем и то, во что оно обращается. Там, где знание объявлено собственностью круга, круг быстро начинает дорожить не знанием, а своею отдельностью; и тайна из способа сбережения делается способом власти. Вайшнавская сторона имеет у себя оба движения и, что стоит отметить, оба в одной книге. Гита говорит: «это не следует говорить ни неподвижнику, ни непреданному, ни непослушному, ни хулящему Меня» (18.67). А тут же, следующим стихом: «кто это высшее тайное поведает Моим преданным, тот придёт ко Мне, и нет среди людей более дорогого Мне» (18.68–69).
Сличение двух стихов даёт правило, которого в здешней книге нет. Запрет обращён к хулителям и нежелающим; заповедь распространения — к желающим; и высшая похвала отдана не хранящему, а разглашающему. Чайтанья это же выразил приказанием, коротким и не допускающим оговорок: йаре декха таре каха кришна-упадеша — «кого увидишь, тому и говори учение о Кришне» (Мадхья 7.128). После такого правила запрет из здешней строки удержаться не может.
Второй предмет — сахасра-авартанат, «от тысячи повторений», исполняется любое желание. Об этом уже приходилось говорить: где обещано исполнение любого желания, там мантра превращается в орудие, а тот, к кому она обращена, — в средство. И самое устройство книги этому противится, ибо она же назвала своего Бога девата, то есть тем, кому говорят, а не тем, чем пользуются.