षोडश्यास् त्वम् उडोर् विमुञ्च सहसा नामापि वामाशये
तस्या दुर्विनयैर् मुनेर् अपि मनः शान्तात्मनः कुप्यति ।
धिग् गोष्ठेन्द्रसुते समस्तगुणिनां मौलौ व्रजाभ्यर्चिते
पादान्ते पतितेऽपि नैव कुरुते भ्रूक्षेपम् अप्य् अत्र या
ṣoḍaśyās tvam uḍor vimuñca sahasā nāmāpi vāmāśaye
tasyā durvinayair muner api manaḥ śāntātmanaḥ kupyati |
dhig goṣṭhendra-sute samasta-guṇināṃ maulau vrajābhyarcite
pādānte patite'pi naiva kurute bhrū-kṣepam apy atra yā
Оставь тотчас, превратная умом, даже самое имя этой шестнадцатой звезды: от её дурных выходок гневается ум и умиротворённого мудреца. Фу! — когда сын владыки пастушьего стана, венец всех добродетельных, чтимый всем Враджем, припадает к её стопам, она даже бровью не поведёт.
49974d92471e · published Sep 18, 2026, 8:44:42 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Тот же спор с другой стороны: теперь бранят Радху, и бранят за ману.
Довод соперниц по-своему безупречен: перед Ним склоняется весь Врадж, а она не отвечает и на поклон. Со стороны это и впрямь похоже на дерзость.
Так оба предыдущих стиха получают подтверждение. Каждая сторона видит в чужом чувстве не иную любовь, а изъян; и обе по-своему искренни.