Upanishads · Triśikhibrāhmaṇa 173
॥
Devanāgarī
निर्वाणपदमाश्रित्य योगी कैवल्यमश्नुत
Transliteration (IAST)
nirvāṇapadamāśritya yogī kaivalyamaśnuta
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
निर्वाण-पदम् आश्रित्यnirvāṇa-padam āśrityaприбегнув к обители угасания
योगी कैवल्यम् अश्नुतेyogī kaivalyam aśnuteйогин вкушает уединённость
इति उपनिषत्iti upaniṣatтакова упанишада
Translation
«...прибегнув к обители угасания, йогин вкушает уединённость». Такова упанишада.
Version
96ae371e0519 · published Aug 2, 2026, 8:44:04 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Книга кончена, и стои́т оглянуться на весь её путь.
Она начиналась вопросом: **что тело, что дыхание, что причина, что Атман** (1).
Она прошла через стихии, доли, позы, каналы, дыхания, приметы смерти — всё, что можно знать о человеке изнутри.
И вот чем она кончилась.
Последнее слово — ***кайвальям***, «**уединённость**»; и это слово, взятое одно, звучит холодно.
Но мы прочли книгу **подряд**, и потому не станем читать последнюю строку в отрыве от того, что было за пятнадцать стихов до неё.
Отметим, что там стои́т.
«В конце четвёртого Он зовётся **Вишну**» (159).
«Да помнит всегда **Васудеву**» (151).
«Там да узрит Высшего Атмана — **Васудеву**, беспорочного» (107).
«**Почитание Хари**» — среди ежедневных обязанностей (41).
«Созерцающему **Он являет Себя воочию**» (167).
Вдумайтесь: книга, писанная языком йоги и начатая именем Шивы, в каждой своей вершине называет **Его**.
И вот наш итог.
Кайвалья тут — не одиночество.
Это **уединение с Тем, кто в сердце**: с Васудевой на лотосе, с Вишну в конце пути.
Весь этот огромный труд над телом был **уборкой перед приходом**.
А Гость **пришёл** ещё в сто седьмом стихе — и с тех пор книга говорит только о Нём.