यथा वा विदग्धमाधवे (3.24)
दूराद् अप्य् अनुषङ्गतः श्रुतिम् इते त्वन्नामधेयाक्षरे
सोन्मादं मदिरेक्षणा विरुवती धत्ते मुहुर् वेपथुम् ।
आः किं वा कथनीयम् अन्यदसिते दैवाद् वराम्भोधरे
दृष्टे तं परिरब्धुम् उत्सुकमतिः पक्षद्वयीम् इच्छति
yathā vā vidagdha-mādhave (3.24)-
dūrād apy anuṣaṅgataḥ śrutim ite tvan-nāma-dheyākṣare
sonmādaṃ madirekṣaṇā viruvatī dhatte muhur vepathum |
āḥ kiṃ vā kathanīyam anyad-asite daivād varāmbhodhare
dṛṣṭe taṃ parirabdhum utsuka-matiḥ pakṣa-dvayīm icchati
Едва слоги твоего имени, пусть издали и мимоходом, достигнут её слуха, — хмельноокая вскрикивает неистово и снова и снова принимается дрожать. Ах, да что говорить: когда судьба явит ей прекрасную тёмную тучу, она, в нетерпении обнять её, желает пары крыльев.
32c8762c8d37 · 发布于 2026年9月18日 23:55:01 UTC
可用语言RU用方向键翻颂
Второй пример на томление, из пьесы. Достаточно одного звука имени, и притом случайно услышанного.
Туча берётся вместо Него по одному лишь цвету — как прежде змея по гибкости или тамала по коре.
Просьба о крыльях и есть предел томления: препятствие названо не в чувстве, а в устройстве тела.