Махабхарата · 7.57.76–77
॥
Деванагари
तस्य मौर्वीं च मुष्टिं च स्थानं चालक्ष्य पाण्डवः ॥
श्रुत्वा मन्त्रं भवप्रोक्तं जग्राहाचिन्त्यविक्रमः ॥
सरस्य् एव च तं बाणं मुमोचातिबलः प्रभुः ॥
चकार च पुनर् वीरस् तस्मिन् सरसि तद् धनुः ॥
Транслитерация (IAST)
tasya maurvīṃ ca muṣṭiṃ ca sthānaṃ cālakṣya pāṇḍavaḥ ||
śrutvā mantraṃ bhavaproktaṃ jagrāhācintyavikramaḥ ||
sarasy eva ca taṃ bāṇaṃ mumocātibalaḥ prabhuḥ ||
cakāra ca punar vīras tasmin sarasi tad dhanuḥ ||
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
तस्य मौर्वीम् च मुष्टिम् चtasya maurvīm ca muṣṭim caего тетиву и хват; его тетиву и хват
स्थानम् च आलक्ष्य पाण्डवःsthānam ca ālakṣya pāṇḍavaḥи стойку приметив, Пандава; и стойку приметив, Пандава
श्रुत्वा मन्त्रम् भवप्रोक्तम्śrutvā mantram bhavaproktamуслышав мантру, изречённую Бхавою; услыхав мантру Бхавы
जग्राह अचिन्त्यविक्रमःjagrāha acintyavikramaḥусвоил [её], непостижимый доблестью; усвоил, непостижимый отвагой
सरसि एव च तम् बाणम्sarasi eva ca tam bāṇamи в самое озеро ту стрелу; и в само озеро ту стрелу
मुमोच अतिबलः प्रभुःmumoca atibalaḥ prabhuḥвыпустил пресильный владыка; выпустил пресильный владыка
चकार च पुनः वीरःcakāra ca punaḥ vīraḥи вновь положил герой; и вновь поместил герой
तस्मिन् सरसि तत् धनुःtasmin sarasi tat dhanuḥв то озеро тот лук; в то озеро тот лук
Литературный перевод
Его тетиву, и хват, и стойку приметив, Пандава, услышав мантру, изречённую Бхавою, усвоил [её], он, непостижимый доблестью. И в самое озеро ту стрелу выпустил пресильный владыка; и вновь положил герой в то озеро тот лук.
Версия
5f1a2a3c7ca8 · опубликовано 19 июл. 2026 г., 15:36:52 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Арджуна перенимает всё разом: «maurvīṃ ca muṣṭiṃ ca sthānaṃ ca ālakṣya… mantraṃ… jagrāha» — тетиву, хват, стойку и мантру. Внешнее искусство и сокровенное слово — вместе. Знаменательно, что, усвоив, он возвращает лук и стрелу в озеро: дар не присвоен телесно, а воспринят духовно — как знание и право призыва. Стих учит, что высшее оружие — не вещь, а ведение: усвоив образ и мантру, преданный обретает власть призывать его волею; и потому он возвращает зримое, унося незримое — само знание, которое отныне всегда при нём.