Упанишады · Tārasāra 1.1
॥
Деванагари
बृहस्पतिरुवाच याज्ञवल्क्यं यदनु कुरुक्षेत्रं देवानां देवयजनं सर्वेषां भूतानां ब्रह्मसदनं तस्माद्यत्र क्वचन गच्छेत्तदेव मन्येतेति
Транслитерация (IAST)
bṛhaspatiruvāca yājñavalkyaṃ yadanu kurukṣetraṃ devānāṃ devayajanaṃ sarveṣāṃ bhūtānāṃ brahmasadanaṃ tasmādyatra kvacana gacchettadeva manyeteti
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
बृहस्पतिः उवाच याज्ञवल्क्यंbṛhaspatiḥ uvāca yājñavalkyaṃБрихаспати сказал Яджнявалкье
यत् अनु कुरुक्षेत्रं देवानांyat anu kurukṣetraṃ devānāṃчто Курукшетра богов
देव-यजनं सर्वेषां भूतानांdeva-yajanaṃ sarveṣāṃ bhūtānāṃместо жертвы богов, всех существ
ब्रह्म-सदनं तस्मात् यत्र क्वचनbrahma-sadanaṃ tasmāt yatra kvacanaобитель брахмана; потому где бы
गच्छेत् तत् एव मन्येत इतिgacchet tat eva manyeta itiни оказался, то и должно так считать
Литературный перевод
«Брихаспати сказал Яджнявалкье: Курукшетра есть место жертвы богов, обитель брахмана для всех существ; потому где бы человек ни оказался, то место и должно считать таким».
Версия
5930ed32b0a7 · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Книга открывается положением, которое стоит разобрать сразу, потому что оно неожиданно и хорошо. Курукшетра, «поле Куру», есть место, где сказана Гита; оно почитается святым из святых. И вот сказано: ятра квачана гаччхет тад эва маньета, «где бы ни оказался, то и считай Курукшетрою».
То есть святость места объявлена переносимой. Мы встречали подобное в Джабала-даршане, где святые места помещались в тело (4.48–4.49), и там было сказано, что такой перенос упраздняет предмет. Здесь сделано иначе, и различие стоит выговорить. Место не перенесено внутрь; сказано, что всякое место есть оно. Не «Курукшетры нет, есть ты», а «Курукшетра везде».
Разница между этими двумя утверждениями та же, что между упразднением и распространением; и второе, по-моему, вернее. Вайшнавская сторона на этом стои́т и высказывает то же о святых местах прямо. Бхагаватам: тиртхи-курванти тиртхани, «святые места делают святыми те, кто в них живёт» (1.13.10); и потому святость не есть свойство почвы, а следствие присутствия.
Следствие отсюда для человека, живущего далеко от всяких мест, велико и стоит его назвать. Если святость есть присутствие, то она приходит туда, куда приходит Он; и место, где произносят имя, тем самым и делается тем, о чём тут речь. Чайтанья это выразил приказанием, о котором говорилось при чтении Ганапати: «кого увидишь, тому и говори» — то есть не «иди туда», а «неси сюда».