स तपोऽतप्यत । स तपस्तप्त्वा । स एतं भुसुण्डः कालाग्निरुद्रमगमदागत्य भो विभूतेर्माहात्म्यं ब्रूहीति तथेति प्रत्यवोचद्भुसुण्डं वक्ष्यमाणं किमिति विभूतिरुद्राक्षयोर्माहात्म्यं बभाणेति आदावेव पैप्पलादेन सहोक्तमिति तत्फलश्रुतिरिति तस्योर्ध्वं किं वदामेति । बृहज्जाबालाभिधां मुक्तिश्रुतिं ममोपदेशं कुरुष्वेति । ओं तदेति
sa tapo'tapyata | sa tapastaptvā | sa etaṃ bhusuṇḍaḥ kālāgnirudramagamadāgatya bho vibhūtermāhātmyaṃ brūhīti tatheti pratyavocadbhusuṇḍaṃ vakṣyamāṇaṃ kimiti vibhūtirudrākṣayormāhātmyaṃ babhāṇeti ādāveva paippalādena sahoktamiti tatphalaśrutiriti tasyordhvaṃ kiṃ vadāmeti | bṛhajjābālābhidhāṃ muktiśrutiṃ mamopadeśaṃ kuruṣveti | oṃ tadeti
Он предавался подвигу. И, совершив подвиг, вот этот Бхусунда подошёл к Калагнирудре и, подойдя, сказал: «Поведай, господин, величие вибхути». — «Да будет так», — отвечал тот Бхусунде. «Что же сказать? Величие вибхути и рудракши поведано в самом начале вместе с Пиппаладой, и это есть слышание о плоде; что же сказать сверх того?» — «Сотвори мне в наставление то слышание об освобождении, что именуется Брихаджджабалой». — «ОМ, вот оно».
5fa05c471fd4 · опубликовано 1 авг. 2026 г., 23:48:02 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Здесь названы двое, и оба стоя́т того, чтобы их узнать.
**Бхусунда** — тот самый ворон Бхушунда, о котором подробно рассказывает «Йога-Васиштха»: птица, прожившая столько кальп, что видела гибель и новое рождение миров, и всякий раз пересиживавшая их на своём дереве. Спрашивает, стало быть, не новичок.
**Калагнирудра** — «Рудра огня времени», тот огонь, которым мир сгорает в конце кальпы. Он же — учитель Калагнирудра-упанишады, следующей в нашем списке.
Обратим внимание на ход разговора. Бхусунда просит о величии **вибхути** — священного пепла. И слышит в ответ: об этом уже сказано, **«вместе с Пиппаладой, в самом начале»**, и то была *пхала-шрути* — «слышание о плоде», рассказ о том, что за это бывает. **«Что же сказать сверх того?»**
То есть учитель не отказывает — он говорит, что рассказ о наградах уже есть и повторять его незачем. И тогда Бхусунда просит другого: не о плодах, а о **мукти-шрути**, «слышании об освобождении».
Просьба переменена — и только тогда звучит: **«ОМ, вот оно»**. Разговор о наградах и разговор об освобождении здесь прямо разведены, и книга начинается со второго.