Upanishads · Śāṇḍilya 1.3.5
॥
Devanāgarī
एकं पादमथैकस्मिन्विन्यस्योरुणि संस्थितः । इतरस्मिंस्तथा चोरूं वीरासनमुदीरितम्
Transliteration (IAST)
ekaṃ pādamathaikasminvinyasyoruṇi saṃsthitaḥ | itarasmiṃstathā corūṃ vīrāsanamudīritam
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
एकं पादम् अथ एकस्मिन्ekaṃ pādam atha ekasminодну ногу затем на одно
विन्यस्य उरुणि संस्थितःvinyasya uruṇi saṃsthitaḥна бедро положив, утвердившийся
इतरस्मिन् तथा च ऊरुम्itarasmin tathā ca ūrumна другое так же — бедро
वीर-आसनम् उदीरितम्vīra-āsanam udīritamвитязевым сиденьем названо
Translation
«Положив одну ногу на одно бедро, а на другое — [другое] бедро, и так утвердившись, — это названо витязевым сиденьем».
Version
df905332f22b · published Aug 2, 2026, 6:22:44 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Четвёртое сиденье — ***вирасана***, «**витязево**», от ***вира***, «герой, витязь».
Отметим, что описание здесь до того сжато, что издания расходятся в его чтении.
Скажем прямо: по этой строке восстановить положение точно нельзя, и мы этого делать не будем.
Вдумайтесь, отчего нам это не мешает.
Потому что через десять строк книга скажет сама (1.3.14): «каким сиденьем **удобно** держаться, тем и делай».
Замечу, что тем самым точность здесь не требуется — требуется только устойчивость.
Отметим лучше самое имя.
***Вира*** значит «муж, витязь»; тем же словом зовут храбреца в бою.
Вдумайтесь, отчего сиденье названо **геройским**.
Потому что сидеть неподвижно — тоже труд, и труд, требующий не меньше упорства, чем стоять в строю.
Замечу, что наши книги вообще охотно берут для внутреннего дела **воинские слова**: враги (мы читали шестёрку врагов в Мудгале, 4.4), победа над чувствами, покорение ветра.
Вдумайтесь: это не украшение, а точное наблюдение.
Человек, севший работать над собою, обнаруживает, что **сопротивление есть**, и что оно не воображаемое.