Upaniṣads · Annapūrṇā 4.38
॥
Devanāgarī
बालेनैव हि तिष्ठासेन्निर्विद्य ब्रह्मवेदनम् । ब्रह्मविद्यां च बाल्यं च निर्विद्य मुनिरात्मवान्
Transliteración (IAST)
bālenaiva hi tiṣṭhāsennirvidya brahmavedanam | brahmavidyāṃ ca bālyaṃ ca nirvidya munirātmavān
Palabra por palabra
SánscritoIASTSignificado
बालेन एव हि तिष्ठासेत्bālena eva hi tiṣṭhāsetдетскостью да пребудет
निर्विद्य ब्रह्म-वेदनम्nirvidya brahma-vedanamоставив познание Брахмана
ब्रह्म-विद्यां च बाल्यं चbrahma-vidyāṃ ca bālyaṃ caи знание Брахмана, и детскость
निर्विद्य मुनिः आत्मवान्nirvidya muniḥ ātmavānоставив, мудрец владеющий собою
Traducción
«Оставив познание Брахмана, да пребудет он детскостью; а оставив и знание Брахмана, и детскость, — мудрец, владеющий собою».
Versión
d419e90fee47 · publicado 3 ago 2026, 2:37:28 UTC
Disponible enRUPasa de verso en verso con
Стих продолжает то же место Брихад-араньяки (3.5.1), где сказано: «пусть брахман, преодолев учёность, стои́т детскостью; преодолев и детскость, и учёность, — становится молчальником».
Балья, «детскость», значит здесь не глупость, а несамодовольство: отсутствие того, чего у учёного всегда в избытке, — сознания своей учёности. Замечательно, что оставить велено не только учёность, но и самую эту детскость: иначе она делается новым занятием и новым поводом для гордости, а простота, о которой человек знает, что она у него есть, уже не простота.
Шаг этот в высшей степени практический, и всякий, кто пробовал стать проще, знает, о чём тут речь. Простоту нельзя завести нарочно; она есть то, что остаётся, когда перестают следить за собою.
Вайшнавская словесность любит этот стих и толкует его прямо: детскость есть отношение к Богу как к старшему, и потому она не есть ступень, которую перерастают. Ребёнок не рассуждает о том, любит ли его мать, и не проверяет доводами, стои́т ли ей довериться, — и в этом он умнее всякого учёного.