Вринда радостно: «А дальше, дальше?» Лалита: «Потом я сама тихонько обтёрла её тело тонкой китайской тканью, облачила её в ярко-алый шёлк, покрыла накидкой, синей, как туча, надушенной цветами кетаки, удобно усадила на другое золотое сиденье; её прекрасные волосы, чей блеск посрамил павлиний хвост, заплела в косу, в конце которой колыхалась гроздь цветов, — с разными цветами, свежими гроздьями гунджи, сладким жемчугом и прочими самоцветами; и служанки, каждая усердная в своём деле, подавали ей разные притирания, украшения, гирлянды, — и она была богато украшена, всё на своём месте и во всей красе…» — не договорив, Лалита, от блаженства воспоминания, впала в божественное беспамятство с дрожью, трепетом и прерывающимся голосом. Вишакха поспешно поддержала её сзади и оживила нектаром пения „Радхе Кришна, Радхе Кришна“ ей на ухо. Лалита помолчала мгновение, собралась с духом и снова начала рассказывать.