Упанишады · Yājñavalkya 16
॥
Деванагари
जातस्य ग्रहरोगादि कुमारस्य च धूर्तता । उपनीतेऽप्यविद्यत्वमनुद्वाहश्च पण्डिते
Транслитерация (IAST)
jātasya graharogādi kumārasya ca dhūrtatā | upanīte'pyavidyatvamanudvāhaśca paṇḍite
Пословный перевод
СанскритIASTЗначение
जातस्य ग्रह-रोग-आदिjātasya graha-roga-ādiу родившегося — падучая и болезни
कुमारस्य च धूर्तताkumārasya ca dhūrtatāу отрока — плутовство
उपनीते अपि अ-विद्यत्वम्upanīte api a-vidyatvamу посвящённого — неучёность
अन्-उद्वाहः च पण्डितेan-udvāhaḥ ca paṇḍiteу учёного — безбрачие
Литературный перевод
«У родившегося — падучая и болезни; у отрока — плутовство; у посвящённого — неучёность; у учёного — безбрачие».
Версия
c4a435b23c44 · опубликовано 12 авг. 2026 г., 05:00:00 UTC
Доступно наRUENЛистайте стихи клавишами
Перечень тягот продолжается, и стоит отметить его устройство: на всякой ступени своя беда. Младенец болеет; отрок плутует; посвящённый не учится; выучившийся не женится. Построение это остроумно и стоит его разобрать, ибо оно есть приём.
Беды подобраны так, чтобы отменять друг друга: то, чего добились на одной ступени, портит следующую. Выучили — а он не женится; женили — а он беден. При таком построении выхода нет по устройству: всякое достижение оказывается новою бедою.
Скажем прямо, что это есть, и назовём по имени: это отчаяние, изложенное в виде перечня. Прибавим и то, что стоит сказать о таком настроении вообще, ибо оно встречается не в одних древних книгах. Оно бывает верным описанием состояния и никогда не бывает верным описанием мира. Человек, у которого всё оборачивается бедою, описывает не жизнь, а себя.
Вайшнавская сторона против этого настроения выставляет не возражение, а иное описание. Бхагаватам полон семейных повестей, и в них есть и болезни, и разлуки, и смерти; но перечисляются они не как доказательство, что жить не стоит, а как обстоятельства, в которых люди служили. Прибавим и стих, который тут приходится к слову. Гита обещает не отсутствие бед, а сопровождение: йога-кшемам вахамй ахам, «Я несу их обретение и сохранение» (9.22).
То есть беды не отменены; отменено одиночество в них; и это, по-моему, единственное честное утешение, какое можно предложить.