यथा वा
बाल्यध्वान्त सखे प्रयाहि तरसा राधावपुर् द्वीपत
स्तारुण्यद्युमणेर् यद् एष विजयारम्भः पुरो जृम्भते ।
कृष्णव्योम्नि रुचिर् दरोत्तरलता ताराद्युतौ काप्य् उरः
पूर्वाद्रौ सुषमोन्नतिः स्मितकला पश्याद्य वक्त्राम्बुजे
yathā vā-
bālya-dhvānta sakhe prayāhi tarasā rādhā-vapur dvīpata-
stāruṇya-dyumaṇer yad eṣa vijayārambhaḥ puro jṛmbhate |
kṛṣṇa-vyomni rucir darottaralatā tārā-dyutau kāpy uraḥ-
pūrvādrau suṣamonnatiḥ smita-kalā paśyādya vaktrāmbuje
Мрак детства, уходи поскорее, о друг, с острова тела Радхи: вот впереди разворачивается начало победы солнца юности! Смотри — ныне в чёрном небе сияющих зрачков некая лёгкая зыбкость, на восточной горе груди — подъём красы, а на лотосе лица — долька улыбки.
3915caf6bc37 · published Sep 18, 2026, 7:54:06 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Весь стих — одна развёрнутая картина рассвета. Детство говорит как ночь, которой велят уходить; юность встаёт солнцем; тело названо островом, над которым идёт этот восход.
Три приметы расставлены по трём местам восхода: в небе — дрожь в глазах, на горе — поднявшаяся грудь, на воде — распускающийся лотос лица с «долькой» улыбки, как первый луч.
Слово kāpi, «некая», сохраняет неопределённость. Перемена уже видна, но назвать её ещё нельзя — это и есть мугдха.