Итак, устремление доказано и единомыслием слушающих и говорящих. Теперь Он же измеряется и всеми шестью мерами — шрути, признаком и прочими. Из них «шрути», то есть звучание, ни от чего не зависящее, уже показано — здесь: «Кришна же — сам Бхагаван».

Теперь «признак», то есть сила самого слышанного: его надо видеть в «Тотчас все пастушки телят на глазах у нерождённого в тот же миг явились темны, как туча, в жёлтых шёлковых одеждах» и далее. Правда, в другом месте по силе признака — мантры «расстилаю травяное ложе, сиденье богов» — шрути только домышляется; здесь же есть и то отличие, что «Кришна же — сам Бхагаван» прямо и есть такое речение.

Теперь «речение» — слова, несущие единый смысл, отличаемый многими словами, у которых есть ожидание, пригодность и смежность: «в которой именно, слушаемой». Как из речения брахманы «берёт повод коня» постигается применение при надевании узды на коня, так и здесь: сказанное в «Соединением преданности, в уме вполне сосредоточенном и незамутнённом, увидел он полного Человека» — то, что назван полный Человек, — есть Кришна; это являет речение «в которой именно, слушаемой… к Кришне, высшему Человеку».

Далее «связь речи» — то, что начато и прочитано подряд, — здесь имеет облик «Сута, знаешь ты, благо тебе» и далее. Как в «Да жертвует новолунием и полнолунием» третий падеж делает новолуние и полнолуние связью речи, и при ожидании того, что надлежит сделать с орудием, связывание даётся словами «приносит дрова» и прочими; и как речение «новолунием и полнолунием» и далее, лишённое плода, при ожидании плода связывается — по начатому смыслу связи речи, что идёт от «агништомой да жертвует желающий неба», — словами «желающий неба»: так и здесь, в «Сута, знаешь ты, благо тебе», уже в начале слушания Шаунака и прочие, желая познать причину нисшествия шри Кришны и явив тут высшую чудесность, дают понять, что всё связывается познанием именно шри Кришны; тем и явлено, что Он Сам — Бхагаван. И это показано связью речи о единомыслии всех слушающих и говорящих.

Теперь «положение» — соответствие по порядку идущих предметов по порядку идущим предметам: его тоже надо видеть в «Сута, знаешь ты, благо тебе» и далее. Как в связи речи о новолунии и полнолунии перечислены вместе и некоторые обряды — жертва шёпотом и прочие, — и некоторые мантры, «обжигающий ты еси» и прочие, и с каким обрядом какая мантра перечислена по порядку, с тою у него и связь: так и в «Отшельники, хорошо я спрошен вами — на благо миру, ибо сделан вопрос о Кришне» слово «Кришна», прочтённое в пределах первого вопроса и ответа, получает значение именно рождённого у Деваки.

Теперь «именование» — называние равного по имени и прочему: «принял Бхагаван облик Пуруши» завершается здесь — в «Эти же доли и части Человека, Кришна же — сам Бхагаван»; так это и надо понимать. Как мантры, именуемые «адхвара», — «Агни, ведающий, да ведёт жертву» и прочие — применяются в обряде, именуемом «адхварья».

И ещё: в этой самхите в восемнадцать тысяч видно обилие повторения именно о шри Кришне. В первой, десятой и одиннадцатой — с великой подробностью; во второй — в беседе шри Брахмы и Нарады; в третьей — в беседе шри Видуры и Уддхавы; в четвёртой — в «Эти двое — доли Бхагавана Хари, сюда пришли» и далее, и в «И что иное тоже — у Кришны» и далее; в пятой — в «Царь, супруг, наставник вполне» и далее; в шестой — в «Меня поутру да хранит Кешава палицею, в предполуденный час — Говинда с флейтою»; в седьмой — в беседе Нарады и Юдхиштхиры; в восьмой — в убиении Каланеми, где посеяно семя особого Его величия: даже через такого прекрасного Аджиту освобождения ему не было, но лишь снова, уже как Камсе, и через Него же, — ибо это первая часть сказания об этих особых величиях; в девятой — в самом конце; в двенадцатой — в «Шри Кришна, друг Кришны, бык Вришни, сожжение вредящих земле царских родов, неиссякающая доблесть» и далее. И в оглавлении шри «Бхагаваты» Он далее и далее воспевается обильнее всех.

А поскольку иными и обосновано, что «в писании главное — то, что повторяется», как в «блаженством полный — из повторения», — то и здесь главным должен быть именно шри Кришна; тем и доказывается, что Он — коренной Бхагаван. И оттого, что писание доносит именно Его, у него имя «Бхагавата». Да и повторение здесь — не только намёк во многих местах: больше половины книги говорит о Нём, и притом с полной чудесностью. Потому хорошо сказано: «Эти же доли и части Человека, Кришна же — сам Бхагаван».

Итак, описан сбор войска у этого царя речений. Видны и иные речения — как бы его представители. Например: «Восьмым же у них двоих был сам Хари, ведь». Словом «ведь» здесь намекается на известное «Кришна же». Значит, «Хари» тут — именно Бхагаван. Как и сказано: «в доме Васудевы воочию Бхагаван, высший Человек».