Upanishads · Annapūrṇā 3.8
॥
Devanāgarī
हन्तेन्द्रियगणा यूयं त्यजताकुलतां शनैः । चिदात्मा भगवान्सर्वसाक्षित्वेन स्थितोऽस्म्यहम्
Transliteration (IAST)
hantendriyagaṇā yūyaṃ tyajatākulatāṃ śanaiḥ | cidātmā bhagavānsarvasākṣitvena sthito'smyaham
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
हन्त इन्द्रिय-गणाः यूयंhanta indriya-gaṇāḥ yūyaṃэй, сонмы чувств, вы
त्यजत आकुलतां शनैःtyajata ākulatāṃ śanaiḥоставьте смятение мало-помалу
चित्-आत्मा भगवान् सर्व-साक्षित्वेनcit-ātmā bhagavān sarva-sākṣitvenaсознание-Атман, господин, свидетельством всего
स्थितः अस्मि अहम्sthitaḥ asmi ahamстою я
Translation
«Эй, сонмы чувств! оставьте мало-помалу смятение: я, сознание-Атман, господин, стою свидетелем всего».
Version
bfe41bc4003e · published Aug 3, 2026, 2:37:28 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Мандавья заговаривает с собственными чувствами, и обращение это стои́т отметить: ханта индрия-ганах юям, «эй, сонмы чувств, вы».
Приём этот замечателен своею простотой. Он не приказывает им и не борется — он обращается к ним во втором лице, как обращаются к расшумевшимся домашним.
И этим одним оборотом сделано главное: чувства отделены от него. Покуда человек говорит «я взволнован», он и есть волнение; сказавший «вы, чувства, успокойтесь» уже не там, где они.
О том же было в 1.32: «я сердит» и «во мне поднялся гнев» описывают одно, а человек при них разный.
И основание, на котором он это говорит, названо: сарва-сакшитвена стхито ’сми, «стою свидетелем всего». О слове сакшин уже говорилось (1.80): свидетель тем и ценен, что он не сторона. Тот, кто смотрит на своё волнение, в нём уже не участвует.