Upanishads · Annapūrṇā 4.13
॥
Devanāgarī
आपत्कार्पण्यमुत्साहो मदो मान्द्यं महोत्सवः । यं नयन्ति न वैरूप्यं तस्य नष्टं मनो विदुः
Transliteration (IAST)
āpatkārpaṇyamutsāho mado māndyaṃ mahotsavaḥ | yaṃ nayanti na vairūpyaṃ tasya naṣṭaṃ mano viduḥ
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
आपत् कार्पण्यम् उत्साहःāpat kārpaṇyam utsāhaḥбедствие, убожество, порыв
मदः मान्द्यं महा-उत्सवःmadaḥ māndyaṃ mahā-utsavaḥспесь, вялость, великое празднество
यं नयन्ति न वैरूप्यंyaṃ nayanti na vairūpyaṃкого не приводят к искажению
तस्य नष्टं मनः विदुःtasya naṣṭaṃ manaḥ viduḥтого ум погибшим знают
Translation
«Кого бедствие, убожество, порыв, спесь, вялость и великое празднество не приводят к искажению, — того ум знают погибшим».
Version
08a649c2fe4c · published Aug 3, 2026, 2:37:28 AM UTC
Available inRUPage between verses with
Перечень из шести, и он замечателен тем, что в нём и дурное, и хорошее.
Бедствие, убожество, вялость — беды. А утсаха, «порыв, воодушевление», и маха-утсава, «великое празднество», — вещи хорошие; и они поставлены в один ряд с бедами.
Стои́т понять, отчего. Проверяется тут не стойкость к горю, а неискажаемость; и слово это, ваирупья, значит буквально «обезображивание, перемена облика».
То есть спрашивается: меняется ли у человека лицо? И меняется оно не только от беды: от воодушевления и от праздника люди делаются неузнаваемы не меньше, чем от горя.
Наблюдение это точное и всякому знакомо. Человека, у которого случилась радость, часто не узнать: он говорит громче, чем всегда, обещает лишнее, смотрит мимо собеседника. И потому праздник есть такая же проверка, как бедствие, — и, пожалуй, более трудная, потому что от него никто не обороняется.