Оценив сладость её слов, я сказал: «Что может эта слабенькая в таких играх? Но она — родная сестра Радхики, золотистой полоски орпимента на изумрудном камне моей груди, — и очень меня любит, а шмель моего ума непрестанно следует за ней. Так что и без подходящей ставки я дам ей много хорошего круглого жемчуга. А затем, на жертвеннике в уединённой беседке, своей рукой расставлю по всем её членам пятьдесят букв мантры Смара, обниму её тело своим телом, проникну её мантрой — и открою ей одну совершенную мантру, такую, что от одного её получения она сделает Анангу, „Бесплотного“, воплощённым. И он, довольный, смиренно поднесёт мне, наставнику в мантре, в дар драгоценности игр всего её существа. А я, весьма довольный, дам ей сотни таких благословений, что она обретёт звание „наставницы в играх Пятистрелого“ и станет служить мне с удвоенной преданностью».