Ум мой с радостью погружён в лотос лица-месяца Мурари, лелеемого очами Радхи, — прелестно улыбающегося, довольного наплывом игривости, взглядов искоса и тесных объятий, полного нектара свирельного звука, что сияет в состязании переливов пения, — в единственный вкус сладости.