प्रियगात्रे भोगाङ्कदर्शनं, यथा विदग्धमाधवे (4.40)
मुक्तान्तर्निमिषं मदीयपदवीम् उद्वीक्षमाणस्य
जाने केशररेणुभिर् निपतितैः शोणीकृते लोचने ।
शीतैः काननवायुभिर् विरचितो बिम्बाधरे च व्रणः
सङ्कोचं त्यज देव दैवहतया न त्वं मया दूष्यसे
priya-gātre bhogāṅka-darśanaṃ, yathā vidagdha-mādhave (4.40)-
muktāntar-nimiṣaṃ madīya-padavīm udvīkṣamāṇasya
jāne keśara-reṇubhir nipatitaiḥ śoṇīkṛte locane |
śītaiḥ kānana-vāyubhir viracito bimbādhare ca vraṇaḥ
saṅkocaṃ tyaja deva daiva-hatayā na tvaṃ mayā dūṣyase
размер не определён
Знаю: очи твои, что не смыкались, высматривая мою дорогу, покраснели от упавшей пыльцы кесары, а ранка на твоей бимбовой губе сотворена холодными лесными ветрами. Оставь смущение, владыка: мною, сражённою судьбою, ты не порицаем.
bdda6cf2e80a · опубликовано 18 сент. 2026 г., 23:55:01 UTC
Доступно наRUЛистайте стихи клавишами
Пример на улику, увиденную на Нём самом. Все объяснения придуманы за Него заранее.
Оттого стих и жжёт: обвинения нет ни одного, а оправданий предложено больше, чем Он просил.
Последняя строка снимает с Него вину и возлагает её на судьбу. После такого прощения оправдываться уже нечем.