Upanishads · Mahānārāyaṇa 13.1
॥
Devanāgarī
सहस्रशीर्षं देवं विश्वाक्षं विश्वशम्भुवम् । विश्वं नारायणं देवमक्षरं परमं प्रभुम्
Transliteration (IAST)
sahasraśīrṣaṃ devaṃ viśvākṣaṃ viśvaśambhuvam | viśvaṃ nārāyaṇaṃ devamakṣaraṃ paramaṃ prabhum
Word-by-word
SanskritIASTMeaning
सहस्र-शीर्षं देवम्sahasra-śīrṣaṃ devamтысячеглавого Бога
विश्व-अक्षं विश्व-शम्भुवम्viśva-akṣaṃ viśva-śambhuvamвсеокого, всеблагого
विश्वं नारायणं देवम्viśvaṃ nārāyaṇaṃ devamвселенского Бога Нараяну
अक्षरं परमं प्रभुम्akṣaraṃ paramaṃ prabhumнетленного, высшего Владыку
Translation
«Тысячеглавого Бога, всеокого, всеблагого, вселенского Бога Нараяну, нетленного, высшего Владыку…».
Version
4bc3515e7161 · published Aug 2, 2026, 3:25:30 PM UTC
Available inRUPage between verses with
Начинается **тринадцатая анувака** — та, ради которой существует вся эта книга.
Её зовут ***Нараяна-суктой*** или ***Нараяна-анувакой***; её читают ежедневно во всех вайшнавских домах Южной Индии; ею венчают почитание в храмах.
Скажем прямо, что здесь произошло с ведийской речью.
Первая анувака двенадцать раз спрашивала: «**какому богу** воздадим возлиянием?» (1.18–1.25).
Она перечисляла: Тот, кто держит небо и землю, кому подвластны жизнь и смерть, — и всякий раз обрывалась вопросом об **имени**.
Здесь имя названо.
***Нараяна***.
Вдумайтесь в устройство первого же стиха.
***Сахасра-ширшам*** — «**тысячеглавый**»: слово из Пуруша-сукты, которым начинается тот гимн.
***Вишвакшам*** — «**всеокий**»; ***вишва-шамбхувам*** — «**всеблагой**», буквально «дарующий благо всему».
И затем — имя: ***вишвам нараяна девам***.
Отметим, что имя поставлено **после** описания, а не перед ним.
Сперва сказано, каков Он; и лишь потом — **как Его зовут**.
Так и следует: имя должно упасть на подготовленный слух.
Поясним само имя, оно двусоставно.
***Нара*** значит «человек» и «вода» (то, что произошло от Нары); ***аяна*** значит «прибежище, путь, обитель».
Отсюда два толкования, оба древние.
«**Прибежище людей**» — Тот, к кому идут.
«**Тот, чья обитель — воды**» — Тот, кто лежит на водах перед творением.
Замечу, что нам не приходится выбирать: оба смысла верны и оба стои́т держать.
Он лежит на водах — и Он же **пристанище всякого**.
Отметим и слово ***акшарам***, «**нетленный**», буквально «неубывающий».
Это определение вернётся: вся анувака построена на том, что всё **убывает**, а Он — нет.